– А можно я посижу в твоей машине, пока ты поешь, а? У меня голова разболелась, я здесь не выдержу.
Юра кинул на нее быстрый взгляд и усмехнулся.
– Опять врешь. Иди, конечно, если тебе невмоготу. Я недолго. Держи ключи.
Стараясь не привлекать к себе внимания, Настя осторожно выскользнула за дверь. На улице она огляделась и заметила неподалеку заведение под вывеской «У Смирнова». Интересно, что там такое, у этого Смирнова? Она решительно прошла мимо Юриной машины и толкнула дверь заведения.
В зале было пусто, за одним из столиков скучали два официанта в изысканных бабочках на шеях. Вообще-то они были заняты игрой в шахматы, но по их лицам было видно, что это им совершенно не интересно. При появлении посетительницы они даже головы не подняли, продолжая двигать фигуры и вяло что-то обсуждать вполголоса. Настя потянула носом, пытаясь по запаху определить, на что здесь можно рассчитывать. Пахло жареным мясом и почему-то корицей. Навалившаяся на нее в последние часы тоска вдруг прорвалась злостью и раздражением.
Она подошла прямо к официантам.
– Значит, так, мальчики, – сказала Настя, не узнавая собственного звенящего металлом голоса, – большую чашку крепкого кофе и бутерброд. Навынос. В машину на улице. Потом доиграете.
Она мельком взглянула на шахматную доску. Чего тут доигрывать-то? Белым можно через два хода ставить мат, если черные пожертвуют ладью. Неужели не видят? Или они просто так фигуры двигают, чтобы руки занять? Впрочем, белые еще могут поцарапаться, если не побоятся открыть короля.
Черные все равно их достанут, но уже через пять ходов, а не через два.
Она резко повернулась и вышла на улицу, не переставая удивляться собственному нахальству. Никогда она не позволяла себе такого поведения и такого хамского обращения с обслугой, считала это барством и признаком недалекого ума. Что же с ней происходит? Неужели обдумывание своего позорного бегства из отдела до такой степени выбило ее из колеи? Да еще бутылка эта непонятная…
Она забралась в машину на пассажирское место, опустила стекло, закурила.
Интересно, принесут ей кофе или сочтут ее за сумасшедшую и спокойно продолжат сражаться за доской?
Из дверей кафе появился тот официант, который играл белыми. В руках у него был маленький поднос, на котором дымилась большая белая чашка. Он огляделся по сторонам, увидел машину, и на лице его проступило выражение полного недоумения.
