Он сунулся в подъезд, поддев топором и рванув на себя дверь, и тут же в него ударила, чуть не сбив с ног, струя вырвавшегося наружу черного едкого дыма.
Он отшатнулся, но выпрямился и шагнул вперед, пропав в дыму! Может быть, навсегда!
Слава огнеборцам, не щадящим жизни своей ради спасения несчастных!..
Но нет, он был жив! Он поднялся на первую лестничную площадку, где огляделся.
А где же огонь?..
Огня пока видно не было.
Но пожарный на том не успокоился, а, продолжая рисковать жизнью, полез по лестнице дальше, цепляясь за перила и на ощупь находя путь!
Второй этаж.
Третий…
На площадке третьего этажа, на полу, кашляя и выпучив глаза, катался какой-то немец. Который увидел спешащего к нему пожарного и радостно потянул навстречу ему руки.
Спасен! Теперь — спасен!
И точно, пожарный подошел к нему, участливо склонился над ним и, перешагнув через него, пошел дальше. Наверх. Потому что там, наверное, его помощь нужна была больше, чем здесь!
Четвертый этаж!
Три двери.
Две — настежь. Одна — закрыта.
Пожарный стал ломиться в запертую дверь, колотя в нее топориком и выворачивая замок. Пожарные с запорами не церемонятся, дабы спасти жильцов.
Он быстро выломал дверь и шагнул внутрь.
В квартире дыма было немного, потому что очаг пожара располагался не в ней. Но все равно люди здесь могли задохнуться от поступающего через вентиляционные отдушины и с улицы дыма.
Где они?
Ага — вот они!
Навстречу пожарному шагнул какой-то крупный немец, на боку которого поверх ночной пижамы болталась кобура.
А в руке было развернутое, с фотографией, удостоверение.
— Halt! — рявкнул он, заступая дорогу, размахивая удостоверением и тем мешая спасать человеческие жертвы. Наверное, он наглотался дыма и не отдавал отчета в том, что творит. — Achtung!
— Бу-бу-бу!.. — сквозь маску невнятно, так что ничего не разобрать, забубнил пожарный, указуя топориком на себя, на окна, на огнетушитель, что был в его левой руке, и на дверь, из-за которой с лестницы повалил черный дым. — Бу-бу-бу-у!
Что можно было понять как призыв и приказ к спасению! Потому что подъезд в любую следующую минуту мог вспыхнуть, а дом — рухнуть!
— Бу-бу?.
. У-у-у-у!! Угу?.."
"Мужчина с пистолетом был в растерянности. Стрелять в пожарного он не решался, потому что тот был в форме, при исполнении им его прямых обязанностей и потому что с улицы доносился вой десятков сирен, а из подъезда валил удушливый дым.
— Угу? — спросил пожарный, поворачиваясь к двери.
Мужчина опустил пистолет.
— Уу-у!..
