Мы из Кронштадта. Встреча.

А вообще после того, как мы пару лет назад траванулись сушами из солидной вроде фирмы – больше в рот их не возьму. Пафосная дрянь. Я про хорошую экзотику. А у японцев нищих на их островах – фигня кухня. Вот в рекламе себя они понаторели, тут снимаю шляпу. Жрать ядовитую рыбу и превозносить ее вкус и мастерство повара – это да, высший пилотаж рекламы. При том, что рыба как рыба и той же осетрине сильно уступает. Не, мне больше понравилась китайская и вьетнамская – говорю я, старательно выпихивая из памяти внезапно вспомнившийся старый анекдотец:

- Только в нашем ресторане есть повар с лицензией на приготовление смертельно опасной рыбы.

Для гостя трапеза может стать последней, если повар разделает эту рыбу неправильно!

- Позвольте, с какой стати – смертельно опасная рыба? У вас в меню стоит карп!

- Вы плохо знаете нашего повара!

В выпихивание из памяти шуточек помогает Надя, сомневающаяся в том, что я прав и рыба эта не что-то из ряда вон.

- Слушай, не спорь – тут те же японские штучки-дрючки, что и с мясом.

Нет пастбищ, нет возможности выгула коровок – их и выращивают в стойле, как свиней. Мясо от этого нашпиговано жиром и да – потому более нежное, ну вот как со свининой – шея нежнее, чем карбонат или тем более – окорок, но вкус тот же. Или как та же фуагра – опять простая гусиная печень, но умягченная опять же жиром. Жир – всему голова. Он – придает нежность, любой якут подтвердит. И в мраморной ровно то же. Но это та же говядина, что и любая другая. Зато можно задрать цену в 10 раз выше и под этим соусом всучить пендрилам, которые этого достойны, потому как «не такие, как все!» Надо же возвыситься над этими нищими лохами!

- Но мясо-то нежнее?

Совершенно бессмысленно спорить с женщиной.

Потому говорю только, что много раз видал эту рыбу фугу, когда с маской плавал в Средиземном море, а греки тратят кучу денег, чтобы этой рыбы стало поменьше, стараются уничтожить разросшуюся популяцию – не едят ее в этом регионе, сорная она считается, потому как ядовитая. А она расплодилась, зараза и вытесняет полезные виды рыб. И перед катастрофой в зажравшейся Москве вполне продавалась эта рыба – килограмм разделанной и уже готовой к готовке дома стоил как кило мраморной говядины. И никакого японского повара с лицензией не надо.

В конце концов у бледной поганки тоже очень изысканный вкус – сохранились воспоминания с времен древнего Рима, когда покушавший грибное блюдо император Клавдий восхищался и потребовал, чтоб отныне ему готовили именно эти грибы.