Мы из Кронштадта. Встреча.

Валерия и еще одна из своих – стояли чуток в стороне. И у каждой по четыре человека из новеньких. Остальные какой-то кучкой сбоку припеку, вроде и рядом с толпой протестантов, но наособицу, и сразу увидел – что эти не справились с задачей и пятерок не досталось. И да, мало их что-то, ага – трое в толпе затесалось и вроде как глазки разгорелись, тоже как новички требовать сейчас будут всякое. Поискал глазами Авантта – сзади за спинами трется, что-то химичит, науськивает, вафлер проткнутый.

Вспомнились странные слова из сна.

- Это не дифирамбум. Явно. Ладно, тогда плебсоцид!

Рта не успел открыть, а уже орать стали – требуя жратвы и соблюдения прав человека. Ожидаемо затошнило. Ор становился громче, хотя заметил, что «его» бабенки не вопят. Пока не вопят.

- Прав у вас нет. Вообще. Кому не нравится – вот по этой дороге обратно к газовщикам – к ужину успеете. Если вас туда обратно возьмут. Хотя сомневаюсь, вас только что оттуда выперли нахрен. Вы ничему не учитесь?

В ответ брань и крики только усилились.

- А с чего ты тут нами командовать взялся? – донеслось из заднего ряда. Сосед Авантта вопит, сам вафлер приссал, а соседушку навстобурчил.

Виктор с трудом подавил в себе яркое желание влупить весь магазин с картечью в эти рожи и открытые рты. С большим трудом.

- Хочешь покомандовать? – спросил негромко.

- Почему нет? Тут любой с такой фигней справится!

- Нет тут ничего сложного!

- А стрелять ты умеешь? – так же негромко, вынуждая крикунов поутихнуть.

- Могу, тоже мне сложнота – презрительно фыркнул умник.

- Кто еще стрелять умеет? – спросил барон.

Неожиданно из стоящих у крыльца вышла та самая шлюшка Гайка. Тряхнула белобрысой гривкой.

- Отлично – кивнул, на секунду задержав взгляд на ладной фигурке.

Посмотрел на остальных

- Теперь вопрос – все остальные стрелять не умеют, и все рвутся командовать? Правильно понимаю? А жратву откуда брать будете?

- У нас есть права! Мы люди! Мы не потерпим! Ты не имеешь права! Ты обязан нас кормить! – заголосили из толпы.

- Вам я ничего не обязан. Вот такое у меня право. Не будете работать – не получите жратву. Ты и ты – идите сюда, выдам ружья. Будете охранять остальных.

- Ты не имеешь права! – опять из толпы.

Виктор просто бахнул над головами крикунов.

Вроде притихли, но рожи злые.

- Имею право. У меня двадцать женщин и двадцать свиней. Я их взялся защищать. Они стрелять не умеют, поэтому защищаю их я.