Мы (ЛП)

Может, именно так и становятся зомби? Не из-за спятивших вирусов, а просто человек так устает, что поедать чужие мозги внезапно начинает казаться хорошей идеей.

Не сдержавшись, я прыскаю. Есть ощущение, что Блейк Райли может вести разговор сам с собой. Что он и делает прямо сейчас, видя, что мы с Весом не произносим ни единого чертова слова.

Когда серия, которую мы смотрим, заканчивается, Блейк хватает со столика пульт и, не спросив нас, включает вторую. А еще открывает новое пиво.

Ком обиды у меня в горле становится размером с хоккейную шайбу.

Уже девять часов. Я должен лечь в десять, иначе утром буду как труп. Если мой мозг не получит хотя бы семь часов крепкого сна, то я стану похож на страдающего бессонницей Эдварда Нортона из «Бойцовского клуба». Черт, даже жалко, что я сейчас не в этом кино. Тогда у меня было бы хорошее оправдание для того, чтобы стащить Блейка Райли с дивана и пинками выставить вон.

Но я не могу. Я дал слово Весу блюсти приличия минимум до конца сезона, пока он еще новичок.

Каминг-аут прямо сейчас ничего кроме вреда его карьере не принесет, а я скорее залезу в ванну с битым стеклом, чем стану тем, кто разрушит его мечту.

Так что я сижу в кресле смерти и притворяюсь, будто смотрю сериал. Симулирую интерес к тому, что болтает Блейк. Даже посмеиваюсь над его шутками. Но вот наступает четверть одиннадцатого, и позволить себе блюсти приличия еще дольше я уже не могу.

– Пойду-ка я спать, – говорю я, поднимаясь на ноги. – В полшестого утра мне надо быть на катке.

Блейк, похоже, искренне опечален тем, что я ухожу.

– Точно не сможешь выпить еще по бутылке?

– Как-нибудь в другой раз. Спокойной ночи, ребята. Было приятно познакомиться, Блейк.

– Мне тоже, Джей-бомб.

Да-да, Блейк Райли дает прозвища людям, с которыми только что познакомился. И почему я не удивлен?

Проходя мимо дивана, я осмеливаюсь бросить на Веса коротенький взгляд. Его челюсть сжата сильнее, чем обнимающая бутылку ладонь. Свободной рукой он играет с серебряной штангой в брови, все крутит и крутит свой маленький пирсинг.

Я знаю этого парня с тринадцати лет. Он для меня как открытая книга, и мне ясно, как день, что он не особенно счастлив в данный момент.

Как и я. Но за неимением возможности выставить Блейка нам остается одно: притворяться, что мы просто соседи, которые иногда вместе смотрят кино.

Я так устал, что только в конце коридора понимаю, что у меня есть проблема. Я не могу лечь в нашу постель.