– Да, – сказала она, взяв с сиденья свою сумочку. – Вечеринка в честь участников гонки скоро начнется.
– Сегодня мы туда не пойдем, – прошептал он ей на ухо. – У меня другие планы на этот вечер.
– Это может навредить твоей карьере. Тебе нужно быть там. Я все понимаю.
Он придвинулся ближе к ней:
– Пресса сегодня лютует, как никогда. Нам нужно воспользоваться частным лифтом.
Она сдвинула брови:
– Не уверена, что это хорошая идея.
– Что ты предлагаешь взамен?
Люси-Энн схватила его за руку и подвела к смотровому окну.
– Много лет назад ты сказал мне, что лучший способ избавиться от голодных папарацци – это скормить им лакомый кусочек информации.
Встав на цыпочки, она неожиданно обвила руками его шею и поцеловала его в губы. Потрясенный, он лишь секунду спустя обнял ее за талию и представил себе репортеров, энергично нажимающих на кнопки фотокамер.
Он не знал, что заставило ее изменить решение, но был очень этому рад.
– На какое-то время стервятникам с камерами этого хватит, – произнесла она, слегка отстранившись, затем, легонько укусив его за нижнюю губу, добавила: – Ну что? Ты готов отпраздновать свою победу?
Пока Эллиот принимал душ, Люси-Энн вышла на балкон замка.
Каменный пол под ногами был холодным, но этого было недостаточно, чтобы потушить огонь у нее внутри. Она медленно прошла по балкону, позволяя вечернему бризу трепать ее волосы и подол платья, после чего направилась в обратную сторону.
В воздухе витали аппетитные ароматы специй. На столике на балконе их ждал ужин. Она не сомневалась, что Эллиот лично выбирал еду, поскольку на десерт был ее любимый заварной крем, запеченный с карамельной глазурью.
Она провела кончиками пальцев по ободку своего стакана с водой.
Снизу доносились голоса других постояльцев, которые смешивались с тихой классической музыкой.
Заботу об Эли она сегодня полностью поручила миссис Клейворт, поскольку предполагала, что они с Эллиотом пойдут на вечеринку после гонки.
Когда в ложе она поцеловала его в губы, она осознала, что больше не сможет сдерживать свое влечение.
Новая близость с Эллиотом неизбежна. Лучше им дать выход своему безумному желанию сейчас, пока Эли еще слишком мал, чтобы что-то понять.
В проеме балконной двери появился Эллиот. На нем были черные слаксы и белая рубашка с закатанными рукавами. С мокрыми волосами и щетиной на щеках и подбородке он выглядел очень сексуально.
Люси-Энн тяжело сглотнула:
– Не могу поверить, что пресса действительно оставила нас в покое после гонки.
