"
"Одна ее часть хотела подбежать к нему, заключить его в объятия и довериться ему, но другая часть, видящая наручники на нем и двух его друзей, следующих за ним, сказала ей, что он здесь не по собственной воле. Что он пришел сюда вовсе не потому, что осознал, как плохо с ней обошелся, и захотел попросить у нее прощения. Он не хотел к ней приходить. Его притащили насильно.
Пусть проваливает. У нее есть гордость.
Только потому, что на руках у нее ребенок, она не встает и не бежит в дом.
Перестав кормить Эли, Люси-Энн поправила одежду и, прижав малыша к плечу, начала поглаживать его по спинке.
Все это время она смотрела на Эллиота, пытаясь прочитать его мысли.
То, как он сузил свои зеленые глаза, сказало ей, что она больше не может тянуть с объяснениями. Ей следовало сообщить ему об Эли раньше. Когда она только узнала о своей беременности, она струсила. Потом она не смогла его найти. Затем она разозлилась на него из-за его помолвки с божественно красивой итальянкой по имени Джианна.
Ей не хотелось, чтобы ее ребенок стал причиной разрыва его помолвки. Она собиралась сообщить ему новость уже после его свадьбы, чтобы он не чувствовал себя обязанным на ней жениться. Даже несмотря на то, что ее тошнило от одной лишь мысли о его браке с богатой красоткой.
И вот он стоит перед ней, высокий, атлетически сложенный, с коротко стриженными золотисто-русыми волосами. Черная рубашка подчеркивает ширину его плеч, а джинсы сидят низко на бедрах. Щетина на щеках и подбородке делает его похожим на пирата.
Она знала о нем все. Знала даже, что шрам у него на локте был следствием не падения с велосипеда, как он всем говорил, а удара пряжки отцовского ремня.
Их всегда многое связывало. Теперь еще и ребенок.
Поднявшись с качелей, она перевела взгляд с Эллиота на его закадычных друзей – задумчивого Конрада Хьюза и веселого Малкольма Дугласа. Разумеется, это они притащили его сюда. Оба счастливы в браке и, похоже, решили облагодетельствовать Эллиота.
У них ничего не выйдет. Она не собирается выходить замуж. Особенно за плейбоя вроде Эллиота Старка.
– Джентльмены, почему бы вам не снять с него наручники и не оставить нас одних, чтобы мы смогли поговорить с глазу на глаз?
Конрад, владелец казино, достал из кармана ключ.
– Конечно. – Он посмотрел на Эллиота: – Надеюсь, ты не полезешь на нас с кулаками из-за нашей маленькой шалости.
Шалости?
Ее охватил праведный гнев.
