Онлайн-библиотека книг
Вы ведь на самом деле никакой не статский советник и не на службе, так? Вы просто добываете деньги у ничего не подозревающих местных? Ножом и шантажом, да? Вы обычный разбойник?
Почему-то это его задело, аж вскинулся.
- Отчего это я разбойник? Даже и не думайте.
- Не обессудьте, не верю. Теперь – не верю, - отрезала я. – И сделаю всё возможное, чтобы об этом узнали. Наверное, вместе с дружками ограбили настоящего Астафьева да прикопали где-то в лесу, и личину навесили, чтоб наш Кириллыч вас узнал, он-то не маг!
- Неправда, я именно тот, кем назвался, и бумаги мои подлинные.
- О том, кто раскаялся, а кто нет, вам знать не дано, но только лишь отцу Вольдемару и через него господу. Врёте вы всё!
- Ничего подобного! Клянусь, что сделаю всё на благо здешних честных обывателей!
Я зло усмехнулась.
- Не боитесь? Маги клятвами не разбрасываются, - что-то такое я помнила из дневника Женевьев.
- Никогда не боялся и сейчас не боюсь. Евстафий где? – спросил он у своих.
Те только переглянулись… и разом случилась куча событий.
Дуня сделала какой-то мягкий, и разом очень точный жест рукой в сторону того разбойника, что держал Настёну, и попала ему по носу. Из носа хлынула кровь, пальцы, державшие волосы, разжались, Настёна упала… Дуня на неё только глазами сверкнула, немедленно, мол, вон отсюда.
А у солдата-то нос оказался вовсе не разбит, ему словно кончик этого самого носа чем-то острым смахнули. И наверное, ему было больно, потому что он корчился на полу и выл, а потом поднялся, то есть попытался, но Дуня на него только глянула – как-то особенно сурово – он и сник.
- Ты мне никто, и никак меня не обижал, - сказала Дуня второму солдату. – Отпусти её, и сам иди. А мы тут… поговорим.
- Не сметь, Лопатин! Стоять! – завопил Астафьев, наставил на Дуню пальцы, выпустил что-то из них… а она поймала и отбила.
Прямо в него.
