Мы снова дома

Сможете сами набирать себе людей, товарищ Сталин именно так и поступает — бездомные обычно очень хотят новый дом, место, где будут своими среди своих, ради этого они готовы принести любую, самую жесткую клятву и будут драться за тех, кто их примет, до конца. Сами они, может, и не совсем подходят под ваши критерии, но их детей вырастите в ваших интернатах.

— Будем благодарны, — наклонил голову наместник. — Но… почему вы нам помогаете?

— Да просто так, — усмехнулся Странник. — Могу и помогаю. Нравится мне ваша империя и ее принципы.

Может вам и удастся построить солидарное общество со временем. Их ведь так мало в мироздании…

Николай Александрович с Таораем переглянулись. Что ж, в таком случае кое-что становилось ясным.

— Я открываю постоянный проход в шестнадцать локаций Миросплетения из центрального зала сегментной станции корхай на Арде, — продолжил Д’Арнье. — Кстати, прошу не удивляться, местные жители летают в космос на парусных кораблях, окруженных силовыми полями.

Это очень странно выглядит с точки зрения человека технологической цивилизации, но так уж сложилось. Гиперпереходы обеспечивают пространственники. Инструкцию по использованию прохода я передал Лао-Цзы. Советую поспешить с приглашением школы, через несколько часов ее выселят из занимаемого здания и ученики разбредутся по городу Квертайм, а он довольно велик, ищи их потом. В Миросплетении ценится золото, серебро, платина, драгоценные камни, мифрил и адамантит. Последних двух позиций у вас нет, потому придется обходиться золотом, найти астероиды с большим содержанием драгоценных металлов, думаю, не проблема. Извините, что спешу, как на пожар, но я уже говорил, что не могу долго находиться в вашей реальности, она меня просто не выдерживает, вон, уже потрескивать начала. Посему прощаюсь! Удачи!

С этими словами Странник исчез.

— Дела-а-а… — протянул наместник. — Михалыч, ты все это видел? Нам не пригрезилось?

— Конечно, видел, — отозвался тот. — И записал.

— Дай-как мне тогда на связь Лао-Цзы. И передай ему запись.

Через несколько минут в кабинете возникла голограмма древнекитайского мудреца, корхайский искин предпочитал являться в подобном виде, его это развлекало. Имперцы с пониманием воспринимали его причуды.

— Добрый день! — поздоровался Николай Александрович. — Проход действительно открыт?

— Приветствую, — наклонил голову Лао-Цзы. — Да, открыт. И инструкция по его использованию имеется.