- У него спроси, - кивнула на Келлу Нина.
- Это ты моего внука выкрасил? Ты что, рехнулся, дятел? В тебя что, сущность в виде Зелибобы вселилась, так тебя да растак! – возмущался дядя Витя, но делал это тихо – чтобы родственники не слышали.
Однако продолжить свою тираду Виктор Андреевич не успел – в это время к ним подошла Эльза Власовна.
В отличие от него пожилая именинница прикид Келлы и Марка оценила.
- Смело-смело, - покивала она, разглядывая малыша, который не отпускал мамину руку.
И вдруг добавила: - Впишу-ка я в завещание и твоего сына.
- У моего зятя замечательный вкус, - спешно добавил дядя Витя. – Впрочем, как и у меня.
- Мы же семья, - мрачно добавила Нина, а Келла лишь подмигнул ей, пока никто не видел.
А еще спустя несколько часов, оставив засыпающего сына на попечение бабушки и дедушки, тайком увел Нину со дня рождения и привез на крышу строящегося дома, откуда было видно усыпанное сверкающими звездами ночное небо
Они сидели на самом краю и целовались, смеясь и говоря о глупостях, а Ниночка так высоко задрала алое вечернее платье, что Келла только кусал губы, понимая, что жена его дразнит.
И все было как несколько лет назад, когда они только познакомились."
