Подобный след может остаться, даже если хорошо вычистить нож.
– Анализ ДНК еще не готов, но уже сейчас мы можем утверждать, что это не кровь человека.
– Лося? – предположил ГГ и покачался вместе со стулом. – Или он завалил медведя? Не хотите ли сказать, что кровь может быть датирована сентябрем прошлого года?
Именно в это время года разрешалась охота на лосей в этой части страны, в отличие от многих других регионов, где охотничий сезон начинался в июле.
– Скоро мы получим ответ на этот вопрос.
– А возможно, чтобы эти крохотные следы… э-э-э… не человека, остались, даже если бы ножом снова пользовались и очень тщательно после этого вычистили?
– Все зависит от того, насколько точно удастся это определить.
– Зачем запирать оружие убийства в своем собственном оружейном шкафу? – задала вполне резонный вопрос Силья.
– Чтобы его отсутствие не бросалось в глаза, – предположил Боссе. – Человек без охотничьего ножа вызовет больше подозрений, чем с ножом, во всяком случае, к северу от Дальэльвена.
Наступила тишина. Последний бутерброд с сыром был съеден. После убийства Улофа Пальме понятие «орудие убийства» приобрело в шведском языке дополнительный смысл. Многолетние поиски, на протяжении десятилетий. Каждый полицейский и большинство сограждан понимали, что убийство могло было быть раскрыто, если бы только у них на руках оказалось орудие убийства. Это была незаживающая рана, свидетельство того, что Швеция изменилась. Страна, где, застрелив премьер-министра, можно избежать наказания.
Где больше нет настоящего покоя и безопасности.
– Так куда же он дел нож, выбросил в реку или закопал? – спросил ГГ.
– Если бы не подростки, я бы сказал, что это Нюдален поджег дом, чтобы уничтожить следы, – заявил Боссе Ринг. – Мне не дает покоя, что пожар случился именно той ночью, как раз перед тем, как мы задержали его.
– Может, он знал кого-нибудь из мальчишек и решил их подговорить? Мы вообще проверяли, откуда к ним пришла эта идея насчет поджога?
– Говорят, из «Фейсбука».
– Может, стоит выяснить это поподробнее?
– Да там полно подобных идей. С тех пор, как мы выпустили Улофа Хагстрема на свободу, народ по-всякому изгаляется в своих попытках придумать самый лучший способ отомстить ему.
– Кто мог знать, что мы вышли на след Нюдалена?
ГГ повернулся к Эйре, она задумалась и почувствовала себя неуютно. Неужели это она каким-то образом проболталась, но нет, она не могла такого припомнить.
