Может, наконец-то прольется хоть немного дождя.
Она выкинула из головы прошлое расследование и сосредоточилась на нынешнем.
Убийство Свена Хагстрёма. Которое казалось понятным как божий день. С таким-то мотивом. Человек, скрывающий свою личность, чья жизнь могла покатиться под откос, если бы люди узнали, кто он. Участник группового изнасилования в прошлом.
Нож, идентичный второму ножу.
– А его супруга есть в нашей картотеке? – спросила она.
– Пока нет, – отозвался ГГ.
– Один нож принадлежит ей.
– Я знаю.
Эйра подумала о той силе и в то же время уступчивости, что крылась в Мейан Нюдален, ее желании управлять и сглаживать вину в поисках оправданий. Она подумала о браке, о том, как же сильно все в нем повязаны – прямо маленькая крепость, держащая оборону против остального мира.
А еще она подумала о стыде. Жена насильника, которая все знала, но молчала.
– Мейан тоже есть что терять. Она оберегала эту тайну столь же рьяно, как и он.
– Я тоже так подумал, – согласился ГГ.
– Мы уже направили к ним машину.
Эйре больше нечего было сказать. Она уже собиралась уйти, когда он окликнул ее.
– Не забудь это, – и ГГ протянул ей папку, но, прежде чем отдать, слегка придержал ее.
– Ты чувствуешь себя виноватой? – спросил он.
– В чем?
– В том, что случилось с Улофом Хагстрёмом. Небось спрашиваешь себя, сумели бы мы предотвратить случившееся? И нужно ли было предупредить его? Мы ведь знали о травле в соцсети, ты сама мне об этом рассказывала.
Эйра посмотрела на документы в своей руке.
– Мы были заняты расследованием убийства, – глухо проговорила она.
– Имей в виду, если мы что-то и упустили, то все это лежит на моей совести.
– Хорошо.
Мейан вымыла все окна в доме, несмотря на то что делала это меньше месяца назад. Вечно на них следы от мух или прилипшая пыльца, разносимая ветром.
Пыль, естественно, она тоже вытерла и пол отскребла. Особенно тщательно в кухне и гостиной, равно как и в спальне, которую она уже тридцать лет как делила со своим мужем.
Храп Трюггве, который иногда не давал ей заснуть. Светлые прозрачные ночи весной и глухая темень осенних вечеров, бледный ночной свет зимы, когда свет луны серебрится на снегу.
Все эти ночи.
Часы, из которых они состояли."
"Она выстирала постельное белье и самостоятельно, как следует, расправила и сложила высохшие простыни, прищемив второй конец ящиком комода.
