Просторы.
И лес. Прежде всего, лес. Огромный, местами совершенно непролазный. Тропинки, которые ей никогда не удавалось найти, но которые помнило его тело. Поседевшие стволы деревьев, заставлявшие ее задуматься о старости.
Лес не желает тебе зла. Он защитит тебя. А случись оказаться рядом медведю или кому-то еще, лес предупредит тебя. Об угрозе даст знать листва, сухие сучья под ногами, птицы и мелкие зверушки, стоит только хорошенько прислушаться, и лес расскажет тебе все.
Неужели здесь и впрямь водятся медведи?
Долгое время эти косматые зверюги чудились ей в глубине чащи за деревьями, стоило ей выйти из дома.
Но Патрик сказал, что, согласно статистике, шляться в одиночку по городским улицам в сто раз опаснее.
Или быть замужем за мужчиной, пошутила Софи.
После этого они занимались любовью. В лесу, под деревьями, на мягком упругом мхе. Ей хотелось думать, что именно тогда она забеременела Лукасом.
Вполне естественно, что сейчас, оказавшись на берегу, она огляделась чуть более внимательно, прежде чем снять с себя платье.
После чего скользнула в воду. Все исчезло, осталось только ее тело, рассекавшее гладь реки, и глубина под ней. Какие-то черные птицы парили в вышине, галки или, может, вороны. Шум моторной лодки вдалеке, одинокий домик на другой стороне бухты.
Она сделала небольшой круг и вернулась обратно, туда, где под ногами ощущались песок и глина. Стоя почти у самого берега, нанесла на волосы шампунь, стараясь уловить ощущение чистоты и свободы. В обычных обстоятельствах она сделала бы круг по всей бухте.
Но сейчас только окунулась разок у берега, прополоскала как следует волосы и скорее, чем ей того хотелось, насухо вытерлась полотенцем.
Лес показался ей темнее, когда она шла обратно. Хрустнула ветка, завозилась в листве птица. В окрестностях остался страх, присутствие зла. Свежие, поваленные с корнем деревья неожиданно возникали то здесь, то там, словно крики из недр земли. Она злилась на себя за то, что позволила себе поддаться страхам."
"Софи не нравилось чувствовать себя слабой или испуганной.
Поэтому она остановилась, как она обычно это делала, на своем любимом месте, чтобы сфотографировать закат. Там, где за скалами догорало небо и, убегая лентой на северо-запад, исчезала река. Один и тот же кусочек мира, вечер за вечером, в течение всего лета, и все же у нее ни разу не получилось два совершенно одинаковых снимка. Потому что пейзаж не стоял на месте, он постоянно менялся, вместе со светом, облаками и временем.
