У него была опрятная белая борода, но по его лицу было заметно, что в Лефортово он провёл уже не один месяц: впалые глаза, посеревшая кожа. Поймав взгляд конвоирши, он молча уставился на свои колени.
Тоня встала и ещё раз выглянула в зарешёченное оконце в двери автозака. Она видела, как в паре метров докуривал Лёня, параллельно болтая с кем-то по телефону. Ну куда же подевался Кирюха, это просто невыносимо! Она села обратно на лавку и достала телефон."
"Инстаграм для Тони был главным источником спокойствия, её любимым и самым психологически важным собеседником.
За иконкой приложения для Тони открывался идеальный мир — максимально непохожий на тот, в котором она была вынуждена жить. В этом мире не было ни бедности, ни болезней, ни СИЗО, ни заключённых. Тоня очень долго и тщательно отбирала, на кого подписаться, и в результате её лента состояла исключительно из красивых мужчин и женщин, разнообразных зверей — от милых котиков до экзотических японских летучих белок — и путешествий по местам, о которых Тоня даже никогда не слыхала.
Сейчас Тоня хотела поскорее спрятаться в этом мире. Хоть на пять минут.
Но не успела она об этом даже подумать, как в дверь что-то стукнуло. Тоня аж подпрыгнула от неожиданности. Конвоируемый поднял голову и прислушался. Тоня посмотрел в окно как раз в тот момент, когда Лёня со всей мочи приложил Кирюху лицом о дверь автозака. Тоня моментально забыла про инстаграм — её глаза мстительно загорелись: она ненавидела Лёню, который сначала к ней бесконечно приставал, а, получив сотый, кажется, отказ, начал над ней издеваться.
Вот теперь у неё есть возможность отомстить. Драка! Да ещё и при исполнении! Мысленно Тоня уже начала писать рапорт.
Лёня всё ещё держал Кирюху мёртвой хваткой и, очевидно, собирался протаранить его головой автозак ещё раз, когда внимание Тони привлекла странная деталь: глаза у Кирюхи были совершенно белые и сам он был весь…
Тоня потерялась, пытаясь подобрать нужное слово… Как будто одеревеневший.
Неживой как будто. Кирюха повернул голову и укусил Лёню. Точнее, не укусил — выдрал кусок мяса из Лёниного подбородка. От боли и удивления конвоир разжал хватку и сделал шаг назад, а Кирюха — Тоня не верила своим глазам — бросился на него и зубами стал рвать Лёнину шею… Она застучала по стеклу изнутри, закричала «Кирилл, остановись, остановись!!!».
Кирюха, точнее то, что при жизни было Кирюхой, повернуло голову на звук.
