На адреналине

Отторжение, что источается в мою сторону, чувствуется гораздо мощнее, чем касания ладоней Доминика.

Осознание простреливает навылет. К его рукам сегодня у меня было совсем иное отношение. Несмотря на всю внешнюю холодность Килла, я ощутила нечто особенное: тепло. Я грелась об него, не желая отгораживаться.

Когда Доминик невесомо обводит контуры моих плеч, рук, ладоней, я догадываюсь, что он делает: ищет тепла от меня. И тут нечто большее, чем дружба, потому что тем же самым сегодня занималась я. Но в отношении другого парня.

Отвожу взгляд первая и по вспышке более яркого освещения над нами понимаю, что пытке пришёл конец. Лучезарно улыбающийся Доминик встаёт передо мной, протягивая ладонь, и я механическим движением вкладываю в неё руку. Под свист зрителей мы выходим на поклон, пока ведущий этого беспонтового шоу призывает всех топать и кричать громче, чтобы определить пару вечера.

– Ты замёрзла? – бубнит Ник в ухо. – У тебя ладошки ледяные.

Он предпринимает попытку поднести наши переплетённые пальцы ко рту, чтобы подышать на них.

Его беспечная улыбка в данный момент отталкивает, если не отпугивает. Он всё испортил своей выходкой.

– Я с тобой не разговариваю, – отвечаю, выдёргивая ладонь. Дом недовольно закатывает опьяневшие глаза и приобнимает за талию.

Мой взор снова падает на зону прямо перед сценой. Николь интенсивно машет нам руками, поднимая большие пальцы вверх, а Киллан смотрит на стоящую рядом девицу и заигрывающе ей улыбается. Они о чём-то мило беседуют, абсолютно не обращая внимания на людей возле них.

На мою персону его улыбки никогда не распространяются. Почему от Кроу мне достаётся всё самое гадкое? Слова, поступки, действия, бездействия…

– … и Адриана! – доносится, как сквозь толщу воды.

– Ого-о-о! Мы выиграли, крошка!

Взвизгиваю от неожиданности, вцепляясь в плечи Доминика, когда он подкидывает меня вверх, обхватив под ягодицами. Я настолько погрязла в раздумьях, что не уловила объявления ведущего.

Невероятно, что победу одержала именно наша полупассивная пара.

Ник радуется, как мальчишка, кружа нас обоих, и мне становится так стыдно за свои мысли. Сама придумала то, чего нет, сама обиделась, а обвинила его. Он всего лишь пьян, а я уже вообразила, чёрт знает что. Смотрю в зелёные глаза, искрящиеся от беззаботной радости, и заражаюсь этим позитивом в ответ. Доминико опускает меня на ноги, не разъединяя наши прикованные друг к другу взгляды, но в его глазах ни с того ни с сего появляются оттенки серьёзности.