Вера то ли плакала, то ли молилась, закрыв глаза, Женька нервно вышагивала на узком пятачке между машинами, Вадим курил, сидя на водительском кресле. Я же ни стоять, ни молиться, ни тем более курить не могла. Некстати сказанная Ромкой фраза об автоматной очереди прочно угнездилась в моем сознании, и я — неожиданно для всех — побежала к дому, вслед за мной понеслась Женька, а за ней и Вадим с Верой. Как известно, дурной пример заразителен.
Дом был довольно большим, с квадратной верандой впереди. Дверь распахнута настежь.
Я влетела на веранду, темным коридором пронеслась в кухню и нос к носу столкнулась с говорившим по телефону Романом Андреевичем.
— Куда?! — рявкнул он, завидя меня. — Марш на улицу, вы ж тут все затопчете. — Смысл сказанного еще только доходил до меня, а подоспевший Вадим уже спросил хрипло:
— Кто?
Ромка пожал плечами и произнес уже спокойнее:
— Ребенка нигде нет…
— Что произошло? — испугалась Вера.
— Ничего, просто мы ошиблись, — брякнула Женька, потянув ее следом за собой на улицу, и тут я увидела то, что должна была увидеть сразу, и только страх за мужа помешал мне сделать это.
Дверь в соседнюю комнату, наверное спальню, была распахнута, на полу, неестественно вывернув голову, лежала женщина. Темные волосы закрывали ее лицо, скрюченные пальцы вцепились в кусок кабеля, другой конец которого был обмотан вокруг шеи.
— Господи, — пробормотала я с намерением рухнуть в обморок.
Вадим сделал шаг вперед и спросил испуганно:
— Она одна?
Роман Андреевич взглянул недоуменно, точно спрашивая: «Тебе что, мало?»
А я спросила:
— Это Инга?
— Нет, — ответил Вадим и вздохнул с облегчением: — Это не Инга.
— Значит, Людмила? — догадалась я.
— Понятия не имею! — крикнул муж и буквально вытолкал нас из дома.
Установить личность погибшей было нетрудно, документы находились в сумке, валявшейся тут же, в спальне. Степанову Людмилу Афанасьевну, двадцати трех лет, уроженку города Твери, удавили телевизионным кабелем. Когда Роман Андреевич обнаружил тело, оно еще не остыло… Муж, злой как черт, отправив нас в машину, пошел объясняться с подъехавшей милицией.
Мы втроем сели в «БМВ» и молча ждали, закрыв глаза и отчетливо стуча зубами."
"— Черт-те что, — вдруг брякнула Женька, как всегда не к месту, мы разом уставились на нее, а она продолжила: — Кому это нужно? — Видя нашу заинтересованность, выразившуюся в округлившихся глазах и слегка отпавших челюстях, Женька решила развить свою мысль.
