На грани

Собираюсь и выхожу из кабинета, едва не испугав охранника.

– Ксения Викторовна, я думал, уже все ушли.

– Я задержалась сегодня немного.

– Ой, я там дверь закрыл. Сейчас открою, – охраник заспешил к двери, звеня ключами. Выхожу из агентства, кутаясь от холодного ветра в объемный шарф, и сев в машину отправляюсь домой. По пути разговариваю по телефону с Никой. Она, как обычно, переживает о своей Ласточке. Я больше слушаю ее, чем говорю сама. Ее рассказы отвлекают меня от собственных разъедающих нутро мыслей.

Но к ней приходит Игорь, и нам приходится прервать разговор.

Квартира встречает меня тишиной и одиночеством. Кота завести, что ли? Хоть он встречать меня будет. Появится смысл возвращаться домой. Снова становится тяжело дышать. Отпускаю контроль и проваливаюсь в свое личное сумасшествие и боль, в свои воспоминания и мысли, терзающие и беспощадные.

Выхожу из подъезда Нестеровой. Внутри разгорается,… нет, не пожар, внутри каждый нерв бьется в агонии. Сжимаю и разжимаю кулаки. Хочется орать, с*ка, просто орать.

Стонать, как раненый зверь. Закрываю глаза. Вдох – выдох, и еще раз вдох – выдох. «За что ты так со мной?» – ее тихий голос, наполненный болью, до сих пор звенит в ушах. «Ты ошибся, Денис. В этот раз ты ошибся» – да, Ксюх, я, бл*ть, снова ошибся. Очередной еб*ный раз ошибся. Потираю руками лицо со стоном. Вытаскиваю из пачки сигарету, прикуриваю и сажусь в машину. Какое-то время просто сижу, сжимая руками руль, приводя себя в более-менее адекватное состояние. Докуриваю, выбрасываю окурок в окно и выезжаю из двора.

Спустя минут десять раздается звонок от Фролова. Неожиданно.

– Ден, ты в каком сейчас районе?

– Тебе чего надо? Говори сразу, мне сегодня не до загадок.

– Ника разбилась, авария на трассе, – от этих слов резко бью по тормозам и под дикие звуки сигналов соседних машин разворачиваю машину через две полосы в сторону парковки. Что за день, нах*й?

– Да, в больнице. О состоянии ничего не сказали. Отвези меня в больницу к ней, – уже легче.

Жива, значит, надежда есть. – Я выпил, за руль не сяду. Такси уже полчаса жду. Ксюша тоже трубку не берет, раз двадцать набирал, – мой воспаленный мозг, как охотничья собака, при одном ее имени встает в стойку и ловит каждое слово.

– Я на другом конце города. Звони оператору, увеличь сумму оплаты. Пусть отправляют машину быстрее. В какой она больнице?

– Я сейчас поъеду туда.

– Хорошо, – скидываю вызов, выезжаю с парковки. Трубку значит не берет.