На грани

– Ксюх, ты – не очередная, ты – единственная для меня. Как ты не поймешь, что я тебя люблю. По-настоящему люблю. И даже если бы ты не была беременна, я бы не отстал от тебя. Я бы закинул тебя на плечо, уволок бы к себе в спальню и не выпускал бы оттуда до тех пор, пока ты бы меня не простила. Но сейчас от этого поступка пещерного человека меня удерживает только то, что тебе противопоказаны лишние переживания.

– Ты не ответил. Если и тогда не верил, то зачем говорил? Хотел сделать больно?

– Ксюш, зачем это все поднимать? Да, хотел.

Хотел сделать так же больно, как было больно в тот момент мне. Но это уже неважно. Я ошибся в своих выводах. Иногда то, что мы видим, не то, что есть на самом деле. В тот день все навалилось, что эти проклятые часы оказались последней каплей. Когда-то Орлов сказал, что моя привычка сначала махать кулаками, а потом разбираться выйдет мне боком. Он оказался прав.

– Почему вдруг разуверился в том, что я тебе изменила?

– Когда успокоился, понял, что картинка складывается как-то криво и несуразно, что я что-то упускаю.

Потом Артем мозги мне вправил. Сказал, что я – конченый мудак, что разобраться надо. И я все же решился поговорить с Григорием. Твой врач подтвердил, что между вами ничего никогда не было.

– И ты поверил ему, а не мне… – Вот значит как. Я высвободилась из его рук и отошла к окну.

– Не юли, не стоит так тщательно подбирать слова. Ты считаешь всех женщин доступными шл*хами, и я – не исключение. Ведь «у каждого есть своя цена». Ты ведь так мне говорил? Зачем лишние разговоры?

– Ты – исключение! Ты – исключение, Ксюх! Ты – одна из немногих исключений.

И уж поверь, в моей дерьмовой жизни, таких исключений было настолько мало, что я на пальцах одной руки могу пересчитать их. Ты, Ника и Ира. Все! Больше никого! За всю, мать твою, жизнь остальные – сплошная грязь, продажное дерьмо, которых и дотрагиваться порой не стоит, оттого что замараться страшно.

– Ты даже свою жену не относишь к исключениям?

– Моя, слава Богу, уже бывшая женушка сделала аборт, аргументируя это тем, что от такого поддонка, как я, не рожают детей.

Так же, как и женщина, на которой я когда-то хотел жениться и которую, как я считал тогда, любил. Она сделала то же самое, что и Татьяна. Только еще и променяла меня на богатого мажорчика. Аргумент, правда, у нее был другим: «Не хочу плодить нищету». Ну, а про женщину, которая меня родила, ты уже знаешь. Я молчу про всех тех бл*дей, которые постоянно висли на мне в клубах или на работе.