На грани

Злился, как черт на тебя, на себя. Но вытравить тебя из своих мыслей уже не мог. С тобой, Ксюх, все по-другому. Кажется, что мир другим становится. Я другим становлюсь рядом с тобой. Ты из меня таких демонов вытаскиваешь, до каких даже самому добраться не удавалось.

– Светка – это та женщина, на которой ты хотел жениться?

– Да, но это было очень давно. Ксюх, ты единственная кому я вообще все это дерьмо рассказываю. Даже сам не знаю зачем. Может, просто наивно полагаю, что ты сможешь меня понять. Пусть не до конца, но мне и малой части будет достаточно.

– Я понимаю, Денис, – я повернулась к нему лицом. – Но снова кинуться в омут с головой, полностью тебе доверившись, не могу. Пока не могу. Мне нужно время, чтобы все услышанное обдумать.

– Хорошо, я не буду на тебя давить. Не хочу. Как решишь, так и будет, – он поднес мои ладони к своим губам и поцеловал запястья. – Кушай мандаринки. Если что-то понадобится, я буду в машине внизу.

– Езжай домой. Не стой под окнами. Я поужинаю и лягу спать.

– А вдруг ты захочешь селедки или клубники с салом? – растянул губы в улыбке Лавров.

– Не захочу, – улыбнулась в ответ, – езжай.

До нового года оставалось три дня, и сегодня, достав из гаражных закромов искусственную елку, я с детским восторгом ее наряжала. По телевизору фоном шла новогодняя комедия, добавляя нужный предпраздничный антураж. Но даже это не спасало меня от мыслей. Они все время возвращались лишь к одному человеку, Денису. Его откровение дорогого стоили. Я это понимала, и, наверное, именно их мне и не хватало.

Все это время после нашего разговора я обдумывала то, что он мне рассказал. Анализировала и с каждым разом все больше и больше его понимала.

Не каждый способен раз за разом подставлять свою щеку для очередного удара. Денис уж точно не из тех, кто станет это делать. Он скорее ответит на удар, и не раз. Он сказал, что эта Света была от него беременна, но променяла на мажорчика и его, и их ребенка. Наверное, хуже предательства и не придумаешь… Мне даже сложно представить, что он испытал в тот момент.

А еще Таня. Вот от кого я не ожидала подобного. Я не была с ней близко знакома. Мы не общались, но несколько раз пересекались в гостях у общих знакомых. Она не производила впечатления отъявленной суки. Скорее наоборот, тихая забитая мышка. Как там говорят? «В тихом омуте черти водятся». Видно чертей там было достаточно, раз смогла убить собственного ребенка. Не понять мне таких женщин никогда.