Просто Брайт оказался сильнее моих прошлых соперников. Он бил жёстко, я жёстко отвечал. А потом я прошил его сердце световой иглой - раньше чем понял.
Я закусываю губу.
- Извини, но несмотря на некоторую предвзятость рассказчика, я всё-таки рада, что победил ты, а не он.
- Да, я тоже был рад тогда, что жив.
Я немного думаю обо всём этом, и что-то пока не сходится.
- Но дуэли разрешены. На повод часто закрывают глаза. Ты говоришь, что вызвал Брайта прилюдно? Как это превратилось в то, что о тебе рассказывают, что ты заколол его в спину во Тьме?! Его родня набросилась на тебя и вывернула всё в его пользу?
- Не совсем.
Просто пока я глупо стоял над его телом, пока мы все пытались понять, что делать, открылся портал.
Я приоткрываю рот.
- Я убил своего командира перед тем, как… генералы сказали - “перед тем, как на нас напал настоящий враг”. Брайт был мерзавцем. Но он знал, что делать в бою, и без него мы остались как без головы, одна большая задница. Нет, мы пытались собраться.
Дарс взял управление нашим маленьким взводом, но этого… не хватило.
Я пытаюсь вспомнить этого парня. Что-то знакомое… И меня вдруг колет болезненное осознание.
- Мы старались, - продолжает Фрей. - Но не доверяли друг другу. Орали друг на друга, обвиняли. В том бою Дарс стал первой жертвой - Тьма очаровала его. И вот его я заколол собственными руками.
- Свет побери, - выдыхаю я.
- Ты же знаешь, как это. Любой очарованный Тьмой человек становится сильнее. Очарованный маг? Мы чуть не полегли там все - часть тех, кого я считал товарищами, потом не вернулась на службу.
Вот такой я человек, Грейс. Подлец? Не знаю. Но точно идиот, который не сделал в жизни ничего особо хорошего.
Теперь Фрей замолкает, делает долгий глоток прямо из бутылки. Его красивые пальцы теребят оплётку, губы изгибаются в подобии холодной усмешки:
- Ну а потом родня Брайта вывернула оставшееся в его пользу. Они вообще-то требовали казни. Но в итоге меня лишь отправили в Балфорт, где я потерял полтора года.
Сидел бы там и дольше, но у отца не выдержало сердце - он был давно болен, но как понимаешь, вполне похоже, что и в его крышку гроба я забил последний гвоздь. А король почему-то решил, что негоже оставлять наш род без наследника и помиловал меня, лишь запечатав часть магии.
Я прикусываю губу. Некоторое время мы опять сидим в тишине. Хотя на самом деле, внутри появляется странный зуд, который требует что-то уже сделать.
