Ну и само собой, кто ж его живым отпустит после такого исторического заявления, можно сказать — революционного!
Он рассказал им про встречу в театре и озарении, обозначившем будущий статус Дарьи Васнецовой в его жизни. Мужики недоверчиво качали головой, поражались, подсмеивались и поднимали тост за будущее «окольцевание» друга родного.
Макс, который уж третий раз был женат и имел двоих детей от предыдущих браков, настаивал, что все это хрень и такого не бывает.
— Просто захотелось тебе, Дагестан, девочку сильно и сразу, вот и напридумывал оснований, чтобы затащить в постель! На ней же крупными буквами написано, что такую на одноразовую койку не раскрутишь!
— Захотелось, не спорю! Но меня сначала по голове шибануло: «Будет моей женой!» — а потом уж и захотелось! — настаивал Игорь.
— Да ладно! — отмахивался Макс недоверчиво.
— Не скажи, Скок, — вступил в полемику Федька. — Я вот, когда свою Дианку увидел, сразу подумал: «Моя будет, никому не отдам!»
— Да ты со своей Дианкой полгода из кровати не вылезал, все дела завалил! И, только обнаружив, что вот-вот родителями станете, тогда и поженились! — возмущался Макс.
— Ну и что! — не уступал Федька. — Я же все равно знал, что на ней женюсь!
Кстати, Федька со своей Дианой прожили вместе уже пятнадцать лет и имели трех дочерей и младшего, долгожданного, как Федька говорит «долгоделаемого» сына.
Власов почесал руку и понял, что его с аппетитом заедают комары — темно, ночь спустилась, а он, погрузившись в прошлое, и не заметил.
Срочно предприняв стратегическое отступление, он перенес в комнату на стол закуску, оттаявшую, немного початую тремя рюмочками бутылку водки, закрыл балконную дверь, включил кондиционер и прислушался к своим ощущениям.
Спать не то что не хотелось, не звучало и вполнамека. Ладно, продолжим, раз такие расклады организм выбирает.
Настойчиво зазвонил сотовый, Власов автоматически посмотрел на часы — без четверти двенадцать.
— Дагестан, ты где пропал? Я тебе весь день наяриваю, только гудки слушаю!
— Привет, Скок.
— Он опустился в кресло у столика, налил себе полрюмки и только тогда ответил: — Дашка попала в аварию.
— Так! — осмысливал Макс информацию. — Жива?
— Да. Но состояние очень тяжелое. — И выпил одним махом.
— Где это произошло? — деловым тоном выяснял обстоятельства Макс.
— У моего хозяйства.
— У тебя была?
— Не совсем. В детском лагере, по работе. И у меня. Это длинная история.
— Где она сейчас?
— В областной клинике.
— Ты в гостинице?
— Да.
