— Сейчас приеду!
— Куда? Из Москвы?
— Да какая на х… разница! — возмутился Макс. — Часа за три доберусь при хорошей дороге.
— Не надо, Скок, — перегоревшим голосом отказался Власов и потер веки. — До завтрашнего вечера ее будут держать без сознания, а там…
Он налил себе еще полрюмки, посмотрел на бутылку в руке, мимолетно подумал, что надо бы ее в морозилку засунуть, и поставил на стол.
— Понятно, — резюмировал Макс. — Ты как?
— Нормально, — вдруг охрипшим голосом уверил Власов.
— Держись, Дагестан! — подбодрил Макс. — Ладно. Все. Позвоню.
— Бывай, — попрощался Власов.
Нажал отбой и услышал оглушающую тишину.
Хреново.
Может, ну на фиг, рвануть домой, загрузить себя убойно делами до завтрашнего вечера и вернуться?
М-да!
Он отнес бутылку в холодильник, лег поверх покрывала не раздеваясь, за что уставшее физически и морально тело поблагодарило ломотой в мышцах, прикрыл согнутой в локте рукой глаза. Давно надо было полежать, спина вон деревянная, и ноги-руки гудят, как провода под током высокого напряжения.
Телефон у администратора ресторана он взял, разумеется. И позвонил ей через пару дней, но номер оказался заблокирован, а абонент Власову не доступен.
Так. Сказала, что уезжает, наверняка за границу, а там другим номером пользуется. Но вернется же!"
"Подождем! Это вам только кажется, абонент телефонной сети Дарья Васнецова, что вы не доступны господину Власову. На сей раз он ничего на волю и самотек судьбы не отпустит!
Чтобы в Москве встретиться случайно второй раз да при условии, что он в столицу наезжает хорошо если раз в месяц! Это вообще нереально, то есть абсолютно! Значит, будет его женой!
И нефиг на Бога уповать — шанс Он ему уже дал, даже дважды.
Третьего не будет, если не воспользовался, профукал, не захотел или не заметил. Это господину Власову было доподлинно известно, как «Отче наш», ему и второго-то никогда не выпадало.
Спасибо за интуицию и мозги, что первого шанса ни разу не прощелкивал!
Он, разумеется, мог разузнать о ней подробности за полчаса, вплоть до ее заграничного номера телефона, но решил, что прибегнет к этим мерам в крайнем случае. И он набирал и набирал ее номер каждый день, иногда по два раза, когда сильно уставал, испытывая теплую, успокаивающую радость, осознавая, что набирает ее номер. Странно и ну вот никак не свойственно ему.
