На краю неба

И как-то все само собой получилось, только уселись за столик. Ладно, о чем-то им все равно придется весь вечер разговаривать.

— Я хотела кое-что тебе сказать.

— Может, мы сначала закажем что-нибудь?

— Нет, сначала скажу то, что хотела— Хорошо.

— Хочу извиниться.

Дима остался спокоен как будто уже знал, что именно должен ей простить.

— Извини, что наговорила тебе вчера столько грубых слов. Я не хотела тебя обидеть, это вышло…

— Случайно? — закончил он за нее.

— Случайно, — конечно, подтвердила. Не признаваться же, что оскорбила его намеренно.

— Под влиянием очень сильных эмоций.

— Бывает, — простое согласие с его стороны немного смутило Катю. — С тобой такое случается, но я рад, что ты понимаешь, что это было…

— Некрасиво?

— И некрасиво тоже.

Катя вдруг испугалась, что Дима разочаруется в ней, и мысль эта отозвалась внутри неожиданной болью.

Разочарование очень разрушительно. Оно, как яд, убивает все доброе и хорошее.

— Выбирай, что ты будешь.

Наверное, официантки в таких заведениях умеют читать мысли.

Катя заказала первое, что попалось на глаза. Есть совсем не хотелось. Все еще не представляла, в какую сторону повернет их разговор, и это заставляло ее волноваться. И все же можно попробовать говорить о чем-то нейтральном. О том, что интересует Диму, например.

Какое-то время Кате удавалось придерживаться выбранной линии, но бесконечно ходить вокруг да около невозможно, а Дима точно ждал, пока она сама устанет от пустословия.

— Я не специально, так получилось, — почему-то снова начала оправдываться она, раскрывая клатч из лаковой кожи. — Правда. Я же не знала, что мы именно сюда придем. Так что вот… — достала брелок в виде кроличьей лапки, — миру мир, в общем. Это тебе на счастье. Говорят, помогает.

— Кроличья лапка?

— Или заячья…

— Что мне с ней делать?

— Не знаю, — пожала плечами, — прицепи на телефон.

— Катя, — рассмеялся он, — дикость какая.

— Вообще дикость, Крапивин.

— Нельзя.

— Я же с душой выбирала.

— Даже не сомневаюсь.

— Ее везде с собой надо носить, тогда она принесет удачу.

— Можно я буду этот подарочек из кармана в карман перекладывать?

— Нет, прицепи на телефон. Тогда точно всегда с тобой будет.

— Кроличью лапку. На «Верту».

Катя снова улыбнулась, но в этой улыбке не было привычной иронии, а мелькнула легкая задумчивость.

— Давай я сама.