Его выражение не милое и такое сосредоточенное, что я задаюсь вопросом, это ли выражение лица видит полузащитник прямо перед тем, как сделать пас для тачдауна над головами соперников.
Внезапно, я ощущаю злость. У него нет никакого права бросать на меня сердитые взгляды, тогда как кое-кто не может оторвать руки от его задницы. И эта замечательная мысль вызывает у меня отчетливые рвотные позывы. Особенно, когда я смотрю на Мисс Шаловливые ручки, которая прямо сейчас обнимает его за талию. Теперь она поглаживает его живот.
Мое любимое место.
- Извини меня, - говорю я Камэрону. - Я скоро вернусь.
К счастью, Камэрон не задает вопросов о том, почему мне нужно уйти. Я не смотрю в направлении Дрю, пока иду в уборную.
Оказавшись в туалете, я лью холодную воду на свои запястья. Всегда лейте воду на запястья, чтобы успокоиться. Когда вы брызгаете водой себе в лицо, кто-то обязательно войдет в уборную. И этот кто-то поймет, что вы расстроены. Лучше всего, что он посмотрит на вас с жалостью. Хуже - что он спросит, все ли с вами в порядке, при этом все еще глядя с жалостью.
Однако, запястья? Вы можете с легкостью притвориться, что просто моете руки.
Так что я стою здесь, пока мои пальцы не немеют от холода. Я не смотрю в зеркало. Я не знаю, понравится ли мне то, что увижу. Несколько капелек воды падает на мой живот, и я вздрагиваю, вырываясь из своего тумана. Моя черная футболка немного задирается, демонстрируя полоску голой кожи поверх моих джинс. Чертова футболка очень тесная. Это яркое дополнение Айрис к моему сегодняшнему наряду.
Потому что по ее словам ""если у тебя есть такие груди, то их нужно правильно продемонстрировать"". Айрис настаивает, что майки с глубоким вырезом выглядят дешевыми и скучными.
""Однако, оставаясь полностью закрытой, но обтянутой чем-нибудь, ты сводишь парней с ума желанием увидеть, что же прячется под тканью. Это словно бесконечное поддразнивание"". Дамы и господа, познакомьтесь, мир в представлении Айрис.
Прямо сейчас я была бы более рада длинной растянутой футболке и пижамным штанам.
Я хочу уйти домой.
Вытирая руки, я в последний раз тяну вниз свою футболку, а затем выхожу из уборной. Только для того, чтобы оказаться на пути Дрю.
Он прислонился к стене коридора, ведущего к туалетам. Это так напоминает мне о том первом разе, когда мы прикоснулись друг к другу, что в результате мои колени подкашиваются. У него за спиной я вижу, что клуб погрузился во тьму, и начала играть музыка. Здесь же, кажется, слишком светло.
