– Лучше еще раз в пансион съезди, – поддразнила я подругу, и та страдальчески закатила глаза. О том, как они с Келлой провели Новый год, я уже была наслышана, правда, скупо. На вопрос, было ли между ними что-нибудь или нет, Ниночка, которая требовала от других подробностей в отношениях, цедила сквозь зубы, что, естественно, нет. А после добавляла: «Почти нет». И мне казалось, что в глазах ее начинают светиться звезды.
В конце концов, подруга все-таки раскололась. И рассказала кое-что, старательно делая вид, что ей все равно.
– А я ведь говорила, что вы идеально друг другу подходите! – рассмеялась я, делая глоток остывшего уже лимонного чая.
– У каждой госпожи есть идеальный раб, – скромно кивнула подруга.
– Он ведь тебе нравится, – смеясь, сказала я, – признайся уже.
Она пожала плечами.
Честно говоря, я была за нее рада. И я рада была тому, что все-таки она почти смогла побороть свою гордость – расколоть ее надвое, но не расколоть при этом душу. За что, наверное, стоило сказать спасибо Келле. Каким бы самодовольным придурком он ни казался, но было в нем что-то благородное, хоть и грубоватое, но искреннее – видимо, наследие далеких предков.
Я осталась ночевать у Журавлей – как часто делала это раньше. Тем более, что ее родители куда-то уехали, старшая сестра упорхнула, и в доме остался лишь Сергей, у которого было нечто ужасно важное в компьютерной игре. Набрав вредной еды, мы сидели на диване в ее гостиной перед огромным экраном телевизора и смотрели какой-то очередной ужастик.
Вернее, смотрела его Ниночка, а я переписывалась с Антоном и время от времени ужасалась происходящему на экране. Ночью Журавлю пришла в голову гениальная идея позвонить по скайпу Антону и Келле и пообщаться с ними.
– А сама ты Келле позвонить не можешь? – удивилась я.
– Сама – не хочу. Звони Истеричке, а Истеричка позовет Рылия, – уперлась Журавль.
– Так сильно хочешь увидеть своего муженька? – решила немного поиздеваться над подругой я.
– Хочу, чтобы он меня увидел, – подмигнула мне Нинка.
Перед тем, как выйти в скайп, она унеслась в свою комнату и вернулась пятнадцать минут спустя соблазнительная и роковая, как Клеопатра. Она сделала мейк, особенно ярко выделив губы, распустила волосы и надела черного цвета бодисьют с длинными рукавами и треугольным глубоким вырезом. Наряд был непрозрачным, выглядел просто, но при этом подчеркивал изгибы и округлости ее тела. Подруга знала, что надевать.
– Хочешь соблазнить бедного Келлу? – с улыбкой спросила я.
