Я с какой-то кривой усмешкой скосила глаза на мейл, с которого пришло странное сообщение: Babajagaprotiv@nk.ru.
– Баба Яга против, – прочитала я со смешком. – Надо же, а у кого-то забавное чувство юмора.
Или его вообще нет.
– *Запрещено цензурой*, – бросил Антон с изрядной долей раздражения и взлохматил светлые волосы. – Это не может быть ваш психопат?.. – предположил он задумчиво. – Как его… Которому я не успел начистить морду. Его Демоница называла Бабой Ягой?
– Валерий? – вспомнила я бывшего Ниночкиного ухажера.
– Да ну, бред! У него Настя есть. Он замуж хочет ее позвать. Да и вообще, сомневаюсь, чтобы Валерий испытывал к тебе нежную любовь, Антош. Скорее, наоборот.
Они друг друга терпеть не могли.
– Ты права, – потер он глаза.
Мы оба знали, кто мог написать это письмо.
Только один человек.
– Это она, да? – спросила я прямо, не выдержав. – Она ведь не оставила тебя в покое.
Проклятая Алина! Сидела же спокойно, но нет, решила вновь появиться на горизонте!"
"– Я все решу, – жестким голосом сказал Антон, у которого на душе, кажется, бушевал шторм.
– Ты ведь не принимаешь это за чистую монету, Катя? – с надеждой спросил он. К плохим словам, едким комментариям и глупым сплетням он привык куда больше, чем я.
Надеюсь, мамаша Тропинина вставит звиздюлей Алиночке и Кириллу, хе-хе.
– Нет, – покачала я головой. – Просто это так странно… Почему она не оставляет тебя в покое? Между вами все кончено. У нее не получилось ничего летом. Но она все равно пытается быть с тобой. Так любит?
– Алина упертая, – устало ответил Антон.
Алина! А ведь когда-то он произносил ее имя с теплотой и нежностью.
Как и ты – имя Максима.
– Ты ведь ничего не чувствуешь к ней? – зачем-то спросила я и сама себя отругала за вопрос. Ну и зачем я это делаю?
– Не чувствую, – отрезал Антон. – Я люблю и хочу только тебя. Поняла?
Я молчала.
– Поняла? – повторил Тропинин.
Я подняла на него грустные глаза.
– Да, поняла, – тихо сказала я.
– Вот и славно. Тебе так не повезло, – склонил он голову, скрестив над ней пальцы.
– С тобой рядом я. И мои проблемы.
– Проблемы есть у всех, – возразила я. – Антон, пообещай мне, что, если вдруг однажды ты полюбишь другого человека, я узнаю об этом первой. И от тебя.
Вновь вспомнились его родители. Слова Адольской. Красивая девушка, оставившая в квартире Олега Ивановича серьгу.
– Что за разговоры, Катя? – поморщился Антон.
– Пообещай, – твердо сказала я.
– Я не собираюсь любить никого, кроме тебя, – сказал он.
