Антон смотрел на нее и думал отстраненно – а почему он вообще ее любил? Или она так изменилась, и от той дерзкой девчонки со звонким смехом, с которой он впервые попробовал все, что обычно пробуют подростки, ничего не осталось? Осталась высокомерная стерва, привыкшая подчинять и топтать?
Если сначала встречи с вернувшейся из Лондона Алиной были болезненны – из-за совместного прошлого, которое трудно было забыть, и Антон даже сомневался в своих намерениях, – то потом, после ее выходки с Катей, точно понял – прошло. Отступило.
Вилку вытащили, рваный шрам остался, но больше не болит.
Забыто.
С Алиной смог совладать только Арин, который заставил ее уехать домой. И Антон был ему благодарен. Друг, казалось, прекрасно понимал его состояние, но отношения между ними все еще были с отстраненным холодком, который оба не знали как преодолеть. Рэн говорил, что им нужно вместе напиться и весело загулять, однако Антон был сосредоточен на работе.
Вторым человеком, который его беспокоил, был Кезон. Тот, кем он восхищался и кого ненавидел одновременно.
Увидеть его рядом с Катей было неожиданно.
Как выстрел в сердце – в упор. Какого черта? Какого черта ему понадобилось от его девушки?
Это был он. Это точно был он, и Катя рассказала потом, смеясь, как они с Нинкой познакомились с Кезоном – музыкантом из легендарной группы «Красные Лорды», который оказался их соотечественником. Невероятное совпадение.
Антон в совпадения не верил.
А теперь он пытается общаться с Катей по телефону – она уже успела рассказать ему, как они перекидывались сообщениями.
Невинно, без намека на флирт, но все же Антону не нравилось, что его подруге написывает тот, кому до сих пор охота начистить задницу.
Кто из них отправил сообщение Кате?
Алина или?..
Или он слишком мнителен?
Но ведь кто-то присылал ему фото: сначала с байкером, который оказался девушкой, затем снимки Кати с Кезоном, который, прячась, гулял с ней по Москве.
А еще была фотография, где она сидела у него на коленях.
Видя эту чудесную картину, Антон разбил стоящую рядом ни в чем не повинную бутылку пива, принадлежащую Келле.
Просто с размаху кинул ее в стену. И с тихим рычанием смахнул все со стола в приступе ярости. Келла так обалдел, что даже не стал качать права и возмущаться. Только взял из холодильника новую бутылку и посоветовал пройти лечение в психиатрическом диспансере.
Потом, конечно, Антон успокоился. Стал анализировать. Пытаться понять.
Было ясно, что кто-то специально пытается набрать компромат на Катю.
