Вышеупомянутый француз уже долгое время являлся одним из лучших модельеров вечерних и свадебных нарядов. По крайней мере, так говорила Журавль.
– Сеть наших бутиков по России и всему СНГ – официальный дистрибьютор. Официальный и единственный, – подчеркнула управляющая назидательно. Мол, если у нас ничего не найдете, то в других магазинах ловить вообще нечего.
– Замечательно. Но мне бы хотелось что-то более волшебное, – в тон ей откликнулась Ниночка, которая умела быть милой, когда ей это было нужно. – Это платье меня… взрослит.
Ампир – для королев, – изящно выскользнула Нинка из сетей управляющей, – а мне бы хотелось почувствовать себя принцессой. Мне нужно что-то романтичное и современное.
– Понимаю. У нас есть как раз кое-что очень подходящее! – щелкнула пальцами управляющая и спешно отошла, что-то на ходу говоря девушкам-консультантам.
– Тупая безвкусная дичь, – припечатала ее Нинка и удалилась в примерочную.
– Убожество. За такое они мне приплатить должны, чтобы я надела, – слышалось оттуда.
– В Европе за подобные бабки я шикарные вещи смогу найти, фирменные. А здесь дешевка и убожество. Пошьют в подвалах по кривым лекалам и впаривают тупым. А тупые покупают и в инстаграмике постят. Но в этом есть и плюс, – хмыкнула она. – Люблю чужой позор. Указать кому-то на его позор – это почти как вскрыть гнойный прыщ, – никогда не отличалась особенно изящной речью подруга.
Я молчала, лениво листая каталог и изредка посматривая на телефон, лежащий на коленях – ждала сообщение от Антона.
Нинка высунулась из-за шторки – единственного алого пятна в королевстве всех оттенков белого, молочного и шампанского.
И на меня недобро уставились два голубых глаза, в которых полыхал невидимый огонь ненависти почти ко всему живому.
– Катька! Расстегни мне эту гребаную молнию! Пришьют, как попало, а я мучайся. Чер-р-ртово помойное платье! – выругалась Ниночка грозно.
Пришлось помогать, а когда я вышла из примерочной, чувствуя, как от потока Нинкиного недовольства начинает болеть голова, вновь появилась управляющая, под руководством которой две девушки-консультанта принесли еще один наряд – сплошь кружева.
Эти кружева обтягивали Нинку, словно вторая кожа, лишь от колена переходя в некое подобие юбки. При этом блондинка казалась почти обнаженной: кусочки подклада естественного телесного цвета закрывали лишь грудь и бедра, и то кое-как, а живот, плечи, руки и ноги оставались открытыми; тончайшее, ручной работы кружево, дополненное стразами, – не в счет.
