– Что за наряд? Где ты была? – спросила мать тихо и отрывисто.
– На костюмированной вечеринке, – отвечала Ниночка и получила по лицу.
Не сильно, скорее обидно. Мать никогда раньше не била ее – даже в детстве.
– За что?! – закричала Нина.
– Твой отец в больнице. Ходи дальше по вечеринкам, – холодно сказала Софья Павловна и, открыв входную дверь, быстро вышла. Она как раз спешила в клинику, куда Виктора Андреевича и увезли – ей только что позвонили из его офиса. Сказали, что мужу плохо и что вызвали скорую.
Впервые за все время Нина почувствовала, как у нее подкашиваются ноги. Предательская слабость прошлась по пальцам, заставляя их мелко дрожать. И Нина только силой воли сжала их в кулак. Как бы ни раздражал ее отец своими днями семьи, занудством и желанием все контролировать, она все же любила его. И сейчас ей было страшно. Казалось, в один день из-под ее ног выбили почву.
– Что с ним? – только и спросила Нина у сестры. Та, всхлипнув, пожала плечами.
– Не знаю, – проговорила Ира, обхватывая себя руками.
– Все плохо, да? – спросила она с истеричным смешком. – Что нам делать, если…
Она не договорила.
– Не ной, – отрезала Нина. А пальцы все так же предательски дрожали. И тотчас решила: – Я поеду к отцу.
И она выбежала следом за матерью. Однако опоздала – Софья Павловна уже уехала, и блондинке пришлось вернуться домой. Куда ехать, она не знала и не могла дозвониться до отцовского офиса – там все время было занято. Крестный не брал трубку, а мать, как назло, забыла мобильный дома.
"
"Снявшая платье и смывшая макияж Нина сидела вдвоем с Иркой в гостиной в ожидании новостей. А за окном падал снег, и девушке казалось, что она падает вместе с ним.
Что еще должно произойти, чтобы сломать ее?
– Мою карточку заблокировали, – сказала вдруг Ира. Кажется, она до последнего не верила, что отец мог разориться. – А твою?
Нина пожала плечами. Она думала. Много думала. И голос сестры мешал сосредоточиться. Понять, как надо действовать.
Расставить приоритеты. Убить ли гордость.
– Дядя Саша сказал, что отец продал всю недвижимость. У нас почти ничего нет, кроме этой квартиры, – продолжала Ира.
– Замолчи, – попросила ее Нина устало.
– Если с папой что-то случится, как мы будем жить? – не умолкала Ира, которой действительно было страшно.
– Заткнешься ты или нет? – крикнула рассерженно Нина, которая и мысли такой не допускала.
– Тебя ничего не волнует, – заявила Ира обвиняющим тоном.
