На один раз

Но она в ответ убедительно кивнула.

— Да, Давид. Раздевайся.

Глава 52

«Чёртова девчонка! Она же не думает, что я…» — Давид оглянулся.

За окном валил снег. Они стояли одни на украшенной к свадебной церемонии веранде. И Александра была так восхитительна в белом платье, из которого едва не выпрыгивали аппетитные мячики грудок, от которых невозможно было оторвать взгляд, что всё, о чём мечтал Давид, едва она вошла — быстрее остаться наедине и снять с неё это чёртово платье.

Но потом Алекс нокаутировала сообщением, что до него была девственницей и… наверное, первый раз в жизни Давид растерялся.

И страдал от того, какие ей доставил страдания. Это сопротивление, которое он так легко преодолел, ну ещё бы с его-то весом и силой. Эта мука на лице, что она закрывала руками. Идиот! Ей было невыносимо больно, а он ослеплённый своим желанием, просто протаранил её как варвар. А потом удивлялся откуда кровь?

И он ещё не пришёл в себя, ужасаясь, какую ошибку совершил, зациклившись на своей ненависти, на её прегрешениях перед ним, хотя всего-то и надо было — прислушаться к своей интуиции, которая кричала о невинности, но эта девочка была права — он был слеп и глух.

И он такой твердолобый.

— Ты можешь отказаться, — слово в слово повторяла она, что он говорил ей тогда, в своём офисе. Рассчитывая, что она убежит, струсит, не справится. Рассчитывая её унизить. А теперь…

— Ни за что на свете, — усмехнулся Давид.

Под её заинтересованным взглядом он сорвал с шеи бабочку, снял смокинг, жилетку, расстегнул рубашку.

Когда вжикнула молния брюк, она переступила с ноги на ногу.

Он снял их так же, как обычно, снимал перед сексом — быстро и уверенно, вместе с трусами одним движением. Перешагнул. Содрал с ног носки, чтобы не выглядеть смешным.

Последней снял рубашку. Медленно стянул с плеч, а потом бросил Алекс в руки.

Она вздрогнула, но поймала.

Давид не хотел, чтобы к этому шоу прилагалось, то, что уже прилагалось, но против физиологии не попрёшь — он был возбуждён и всё, чем владел, предъявил во всей красе.

— Чтобы у тебя не осталось сомнений, товар лицом, — усмехнулся он, видя её пунцовые щёки и алеющие под волосами ушки. — Ну что, я прошёл в следующий тур?

Она махнула рукой, заставляя его повернуться.

«Ах ты мелкая пройдоха!» — он дёрнул головой.

Ни одной женщине Давид не позволял так с собой обращаться, но эта… эта вила из него верёвки, и он не мог сопротивляться, а что ещё хуже — не хотел.

До определённых пределов, конечно.