На перекрестке больших дорог

Густые волосы, сквозь которые поблескивали серебряные серьги, падали на плечи.

– Это Феро, предводитель, – подсказал Тристан.

Монотонное пение прекратилось, когда труп опустили около костра. Цыгане поднялись, и только несколько женщин остались стоять на коленях перед ним. Одна из них, такая старая и морщинистая, что, казалось, кожа прилипла к скелету, начала петь хриплым голосом жалобную песню, временами обрывая мелодию. Другая, молодая и здоровая, подхватывала ее, когда старуха замолкала.

– Мать и жена погибшего, – прошептала Сара.

 – Они оплакивают свою судьбу.

Остальная часть церемонии была короткой. Вождь племени наклонился и просунул монету меж зубов мертвеца, потом четыре человека подняли его и спустились к берегу реки. В следующее мгновение труп уже плыл по темной воде.

– Ну вот и все, – сказала Сара. – Теперь вода унесет его в страну предков.

– Мы можем подойти, – решил Тристан, – потому что…

Он не договорил. Сара неожиданно запела в полный голос, что заставило вздрогнуть Катрин. Уже давно она не слышала пения Сары, во всяком случае, подобного этому.

Конечно, Сара часто напевала перед сном баллады маленькому Мишелю, но такие необычные мелодии, исходившие из глубины ее души, грозные, дикие и непонятные, Катрин слышала всего два раза: когда-то в таверне Жака де Ля Мер в Дижоне и около костра вместе с цьганами, которые в какой-то момент увлекли Сару за собой. Комок подкатил к горлу Катрин, слушавшей пение Сары. Ее голос, мощный, звучный, заполнил ночную тишину, неся с собой эхо той земли, откуда пришла эта необычная женщина… Все племя повернулось к ней и завороженно слушало.

А Сара медленно, не переставая петь, пошла вниз по склону. Катрин и Тристан последовали за ней. Тристан вел за собой лошадей, и цыгане расступились перед ними. Только подойдя к предводителю, Сара замолчала.

– Я Сара Черная, – сказала она просто, – и в нас течет одна кровь. Это моя племянница Чалан, а рядом с ней человек, который помог нам добраться сюда через все препятствия. Примешь ли ты нас?

Феро медленно поднял свою руку и положил ее на плечо Сары.

– Добро пожаловать, моя сестра. Человек, который тебя сопровождает, сказал правду. Ты из наших, у тебя кровь нашего племени, потому что ты знаешь лучшие старинные ритуальные песни. Ну, а эта… – его взгляд упал на Катрин, которой показалось, что ее обдало огнем, – ее красота будет украшением нашего племени. Проходите, женщины займутся вами.

Он поклонился Саре, как королеве, а потом увлек Тристана к огню.