На пятьдесят оттенков светлее

— Не двигайся, — предупреждает он и повторяет этот процесс с правой ногой, привязав второй пояс к другой резной спинке…

О, мой. Я сижу, распластавшись на диване, широко расставив ноги.

— Хорошо? — тихо спрашивает Кристиан, глядя на меня вниз из-за дивана.

Я киваю, ожидая, что он свяжет и мои руки тоже. Но он воздерживается. Он наклоняется и целует меня.

— Ты даже не представляешь, как возбуждающе ты выглядишь прямо сейчас. — бормочет он и трется своим носом об мой. — Надо сменить музыку, я думаю. — Он встает и небрежно прогуливается до места, где лежит айпод.

Как он делает это? Вот я — связанная по рука и ногам и возбуждена, как все черти ада, — а он, в то время, остается таким холодным и спокойным. Он просто в поле моего зрения, и я наблюдаю, как растягиваются и напрягаются мышцы его спины под футболкой, пока он меняет песню. Сразу же, сладкий, словно детский, женский голос начинает петь о том, что видит меня.

О, мне нравится эта песня.

Кристиан поворачивается и его глаза фиксируются на мне, пока он движется вокруг дивана и грациозно опускается на колени передо мной.

Вдруг, я чувствую себя совершенно беззащитной.

— Обнажена? Уязвима? — спрашивает он со своей сверхъестественной способностью озвучивать мои невысказанные слова. Его руки на его коленях. Я киваю.

Почему он не прикасается ко мне?

— Хорошо, — бормочет он. — Протяни руку. — Я не могу отвести взгляд от его завораживающих глаз и делаю так как он просит. Кристиан наливает немного маслянистой жидкости на каждую ладонь из небольшой прозрачной бутылки.

— Вотри в свои руки. — Я извиваюсь под его горячим, тяжелым взглядом. — Оставайся неподвижной, — предупреждает он.

О, мой.

— Теперь, Анастейша, я хочу, чтобы ты трогала себя.

О, господи!

— Начни со своей шеи и двигайся вниз.

Я не решаюсь.

— Не стесняйся, Ана. Давай. Сделай это. — В его взгляде ясно виден юмор и вызов вместе с желанием.

Приятный голос поет о том, что ничего нет слаще, чем она… Я прикасаюсь руками к горлу и даю им постепенно сползать вниз в верхней части моей груди.

— Ниже, — шепчет Кристиан, его глаза потемнели. Он не касается меня.

Мои ладони обхватывают груди."

"— Дразни себя.

О мой. Я осторожно тяну свои соски.

— Сильнее, — Убеждает Кристиан. Он сидит неподвижный между моими бедрами, просто наблюдая за мной. — Как сделал бы я, — добавляет он, его глаза загадочно сияют.