На пятьдесят оттенков светлее

Кристиан смущенно посмотрел на свою рубашку.

— Как долго ты ее носишь? — спрашиваю я.

— С утра четверга. — Он криво улыбается.

Тейлор выходит.

— Тейлор тоже очень зол на тебя, — добавляет Кристиан ворчливо, откручивает крышку термоса и выливает сливочный куриный суп в миску.

Тейлор, тоже! Но я не обращаю внимания на это, поскольку мой куриный суп отвлекает меня. Он пахнет восхитительно, и пар вьется заманчиво от его поверхности. Я пробую на вкус и это все, что мне нужно.

— Вкусно? — спрашивает Кристиан и снова садится на кровать.

Я киваю с энтузиазмом и не останавливаюсь. Я очень проголодалась. Я останавливаюсь только, чтобы вытереть мой рот льняной салфеткой.

— Расскажи мне, что произошло — после того как вы поняли, что что-то случилось.

Кристиан проводит рукой по волосам и трясет головой.

— О, Ана, так приятно смотреть, как ты ешь.

— Я проголодалась. Рассказывай.

Он нахмурился.

— Что ж, после того, как мне позвонили из банка, я думал, что мой мир рухнул окончательно… — Он не может сдержать боль в голосе.

Я прекращаю есть. Черт.

— Ешь, или я перестану рассказывать, — шепчет он, его голос тверд как и взгляд. Я продолжаю есть суп. Ладно, ладно. Черт, на вкус восхитительно.

Взгляд Кристиана становится мягче и он продолжает.

— В любом случае, вскоре после нашего разговора, Тейлор сказал мне, что Хайд взял поручительство. Как — я не знаю. Я думал, мы сделали все, что бы пресечь попытку выйти под залог. Но это заставило меня задуматься о том, что ты сказала и я понял, что что-то не так.

— Я никогда не была с тобой из-за денег. — Огрызнулась я, неожиданно волна злости накрыла меня. Я стала говорить громче. — Как ты вообще мог так подумать? Это никогда не было из-за твоих чертовых денег! — Моя голова разболелась и я поморщилась. Кристиан на секунду поднял взгляд на меня, удивленный моей откровенностью. Он нахмурил глаза.

— Следи за языком, — прорычал он. — Успокойся и ешь. — Я недовольно взглянула на него.

— Ана.

— Это очень обижает, Кристиан… больше чем что-либо, — прошептала я.

Он резко вздыхает, как будто я внезапно ударила его. На мгновение закрывает глаза, он выглядит опустошенным.

— Я знаю. — Вздыхает он. — И я сожалею. Больше, чем ты думаешь. — Его глаза полны раскаяния. — Пожалуйста, поешь, пока твой суп не остыл. — Его голос мягок и требователен, и я делаю, как он просит. Он облегченно вздыхает.

— Продолжай, — шепчу я между укусами свежего белого хлеба.