– Кристиан, я не представляю своей жизни без тебя. Я люблю тебя так сильно, что меня это даже пугает.
– Меня тоже, – вздыхает он. – Без тебя моя жизнь опустеет. Я очень люблю тебя. – Его руки еще крепче сжимаются вокруг меня, он утыкается носом в мои волосы. – Я никуда тебя не отпущу, никогда.
– А я никогда и не уйду от тебя. – Я целую его в шею; он наклоняется и нежно меня целует.
Через мгновение он шевелится.
– Пойдем. Высушим твои волосы – и в постель. Я уже без сил, да и на тебе словно воду возили.
Я возмущенно вскидываю брови от такого сравнения.
Он наклоняет голову набок и ухмыляется.
– Вы с чем-то не согласны, мисс Стил?
Я качаю головой и неуверенно поднимаюсь на ноги.
Я сижу на кровати. Кристиан настоял на том, что он подсушит мои волосы – он ловко это делает. Где он этому научился – мысль неприятная, так что я немедленно прогоняю ее. Уже третий час ночи, и я хочу спать. Кристиан еще раз берет в руки брелок, прежде чем лечь в постель. Он опять удивленно качает головой.
– Ты так ловко придумала.
Самый лучший подарок ко дню рождения, какой я когда-либо получал. – Он смотрит на меня нежным и теплым взглядом. – Лучше, чем постер, подписанный Джузеппе де Натале.
– Я бы сказала тебе раньше, но поскольку впереди был твой день рождения… Что я могу подарить человеку, у которого все есть? Я и подумала, что подарю тебе… меня.
Он кладет брелок на столик и пристраивается возле меня, обнимает и прижимает к своей груди.
– Все на высшем уровне. Как ты сама.
Я усмехаюсь, хотя он не может видеть моего лица.
– Я далека от совершенства, Кристиан.
– Вы надо мной смеетесь, мисс Стил?
Откуда он только знает?
– Возможно, – хихикаю я. – Можно задать тебе вопрос?
– Конечно. – Он щекочет губами мою шею.
– Ты не позвонил, когда возвращался из Портленда. Это действительно из-за Хосе? Ты беспокоился из-за того, что я тут буду наедине с ним?
Кристиан ничего не отвечает. Я поворачиваю к нему лицо и с упреком смотрю в его широко раскрытые глаза.
– Ты хоть понимаешь, что это смешно? Какой стресс ты устроил своей семье, да и мне тоже? Мы все тебя очень любим.
Он моргает, потом застенчиво улыбается.
– Я и не думал, что вы будете так беспокоиться.
Я вытягиваю губы.
– Когда, наконец, до тебя дойдет сквозь твою толстую черепушку, что тебя все любят?
– Толстая черепушка? – Он удивленно хлопает ресницами.
– Да, – киваю я. – Именно. Крепкая и непробиваемая.
– Я не думаю, что крепость моего черепа превышает крепость других частей моего тела.
