Я выпрямляюсь и тяну руку за гелем для душа и губкой.
– Теперь похоже, что ты рад видеть меня, – сухо говорю я.
– Я всегда рад вас видеть, мисс Стил, – нагло ухмыляется он.
Я намыливаю губку и продолжаю свой маршрут по его груди. Сейчас Кристиан спокойнее – может, потому, что я почти не касаюсь ее. Моя рука с губкой движется вниз, по его животу, по полоске волос, плавно переходящей в волосы на лобке, и, наконец, достигает своей излюбленной цели – его возбужденной плоти.
Краешком глаза я наблюдаю за ним, а он смотрит на меня затуманенным, чувственным взором.
Хм-м… мне нравится этот взгляд. Я роняю губку и работаю руками, крепко держа его. Он закрывает глаза, откидывает назад голову и стонет, выдвигая вперед бедра.
О да! Это так возбуждает. Моя внутренняя богиня выползла из своего уголка, где прорыдала весь вечер, и намазала губы ярко-красной помадой.
Его горящие глаза внезапно встречаются с моими. Он что-то вспомнил.
– Уже суббота! – восклицает он, в его глазах зажигается радостный и чувственный огонь.
Он хватает меня за талию, прижимает к себе и неистово целует.
Ого, смена темпа!..
Его рука скользит вниз по моему влажному телу, гладит мою попу, его чуткие пальцы ласкают меня, дразнят, а его рот впивается в мои губы, терзает их, лишает меня дыхания. Другая рука погрузилась в мою мокрую гриву волос, придерживает мою голову, когда на меня обрушивается с полной силой вся его страсть. Вот его пальцы входят внутрь меня.
– Ах-х-х… – Мой стон вместе с моим дыханием врывается в его рот.
– Да-а, – стонет он в ответ и поднимает меня, подхватив под ягодицы. – Обвей меня ногами, малышка.
Мои ноги немедленно подчиняются команде, и я прилипаю, как улитка, к его шее. Он прижимает меня к стене душа и замирает, глядя на меня.
– Открой глаза. Я хочу в них смотреть.
Я гляжу на него, мое сердце бешено стучит, жаркая и тяжелая кровь пульсирует в теле; меня захватывает желание, неодолимое и бешеное желание. Потом он входит в меня, ужасно как медленно, наполняет всю меня. Я издаю громкий стон.
Он опять замирает, на его красивом лице отражается гамма чувств.
– Ты моя, Анастейша, – шепчет он.
– Да, навсегда.
Он торжествующе улыбается и резким движением насаживает меня еще глубже, заставляя меня испуганно вскрикнуть.
– И теперь мы можем объявить об этом всем, потому что ты сказала «да».
Теперь в его голосе звучит благоговение; он наклоняется, накрывает мои губы своими и движется… медленно и сладко. Я закрываю глаза и откидываю назад голову.
