Бунгало ее родителей было небольшим. Ее отец работал аудитором. И все же дом, построенный всего десять лет назад, был очень недурен; его окружал чудесный сад. Шина, открывая заветную калитку, каждый раз чувствовала волшебство сада. Ей навстречу всегда выбегала мать – волосы слегка взъерошены, казалось, что улыбка никогда не сходит с ее лица, слегка приоткрывая загадку женщины, которую любят.
В комнатах болтали и смеялись гости, на диванах и креслах не оставалось свободных мест.
Шине было жаль, что уик-энд выдался столь шумным – она предпочла бы пригласить сюда Роба в другой раз, чтобы просто познакомить его с родителями.
Она представила Роба гостям, а потом тихо заметила:
– Не думай, здесь не всегда так много народу.
– Только раз в двадцать пять лет, – подтвердил ее отец, довольно пыхтя своей трубкой. – К золотой свадьбе придется купить домик побольше.
Ее мать сгорала от любопытства и, на минуту оставшись с дочерью наедине, спросила:
– У тебя с ним серьезно?
Шина поморщилась. Ответить матери «да» было все равно что передать сообщение по радио.
Та не могла хранить секреты даже под страхом смерти. В семье и среди друзей ходила старая шутка, что Дороти прозрачна, как стеклышко.
– Только прошу тебя, не подумай лишнего, – осторожно попросила она. – Я знаю этого человека всего три недели.
Это был простой семейный праздник, без излишеств и большого шика. Двадцать пять лет счастливого брака. Шина чувствовала, как Роб берет ее руку, и улыбалась тому, что он рядом с ней, в уютном и теплом мире ее детства.
В Лондон они уехали наутро, сразу после завтрака, впервые за несколько часов оставшись вдвоем.
– Эй! – подал голос Роб, как только бунгало исчезло за поворотом. – Как дела?
Шина прильнула к нему, положив голову на плечо:
– Прекрасно.
– Они мне очень понравились, – признался он.
– Ты им тоже понравился. Да и что в этом удивительного?
– А хочешь познакомиться с моей семьей?
Конечно, она хотела этого. О своих родных Роб говорил ей и раньше. Он показал ей фотографию:
– Она была сделана прошлым летом.
Шина была ошеломлена: женщина на снимке выглядела молодой и элегантной, с великолепной прической.
– Это твоя мать? – не поверила Шина.
– Сногсшибательна, не так ли?
– «Сногсшибательна» не то слово!
– Это Элейн, – довольно пояснил он. Затем спросил: – Так есть у меня шанс взять тебя с собой в следующие выходные?
На работе у нее оставались задолженности. Приходилось надеяться только на отеческое расположение к ней главного редактора.
