Кожа на руках была содрана и кровоточила, ногти выглядели просто ужасно. Шина расстегнула «молнию» спального мешка, тихо застонав от боли, когда пришлось сделать усилие, и приподнялась.
Девушка обнаружила, что на ней ничего нет, и тут же прикрылась пледом из грубой шерсти, который жутко кололся, но выбирать не приходилось.
Шина открыла дверь спальни и очутилась в гостиной. Кэл появился на пороге кухни.
– А где моя одежда? – спросила неудавшаяся скалолазка.
– Какая одежда?
– Обувь, рубашка, – пояснила она.
– В кухне, – ответил он.
– То, что от них осталось.
Придерживая плед, она с трудом проследовала на кухню и поняла, что он имеет в виду, – после ее приключений одежда с обувью превратились в жалкую груду грязных разорванных тряпок.
Шина почувствовала, что краснеет, лицо и шея пылали от стыда. Не поворачиваясь к нему, она спросила:
– Это ты меня раздел?
– А ты предпочла бы лежать на кровати мокрой?
Конечно нет! В данной ситуации было не до приличий, и она это знала. Заданный вопрос пристал скорее почтенной даме викторианской эпохи.
– Не беспокойся. То, как ты выглядела, отпугнуло бы даже сексуального маньяка, – заверил он ее.
Это чуть подняло ей настроение.
– Я и не знала, что ты способен на шутки, – сказала девушка, повернувшись к нему лицом.
– Мы еще мало друг друга знаем. Вот, выпей. – Он поставил на стол стакан.
Шина присела и снова поднялась. Плед жалил нежную кожу, словно рой ос.
– Случайно, не найдется что-нибудь менее колючее? Жаль обременять любезного хозяина, но в этом сидеть не очень удобно.
– Как насчет рубашки?
– Рубашка? Звучит неплохо.
Он достал одну из комода в спальне. В рубашке она почти тонула, а рукава ей пришлось закатать. В ней и паре шерстяных носков девушка стала похожа на дворового мальчугана после драки.
Она сидела, потягивая бренди, пока Кэл допытывался:
– О чем, черт возьми, думал Роб, отпустив тебя на гору в полном одиночестве?
– Он не знал. Он был на работе.
– И ты решила вскарабкаться наверх в одежде и ботинках, которые с трудом переносят обычный лондонский ливень.
– Кэл не был удивлен, просто констатировал факт, будто сотни раз спасал ущербных отпрысков городской цивилизации, возомнивших себя альпинистами.
Шина не искала себе оправданий, их просто не было, она совершила безумный поступок и признавала это, раз и навсегда усвоив, каково быть наедине с беспощадными силами природы. Вслух девушка произнесла еле слышно:
– Туман опустился.
– В горах это происходит часто.
