И да, приятно познакомиться, я Остин Рид — тот самый конченый болван, что допустил подобное. Но так же, как и всему остальному, ни злости, ни искреннему сожалению в своём поступке пока что нет места в моей душе, поэтому я добавляю раньше, чем она успевает ответить:
— Прости… Ты не обязана отвечать на этот вопрос, — порываюсь выпустить её руку, но её тонкие пальчики сами сжимают меня сильнее, а влажный взгляд заставляет застыть.
— Я отвечу… — она судорожно сглатывает. — Мы же никогда друг другу не врали, даже в отношениях, поэтому и сейчас не хочу этого делать.
Да, у меня появился кое-кто, но это не мешало мне скучать по тебе каждый день, Остин. Я честно очень скучала по нам и тому времени, что мы провели вместе. И когда я узнала что… Мэгги… Я не могла поверить… Ей же не было и шестидесяти. И она всегда была такой энергичной… Жизнерадостной. Я просто не понимаю… Она же никогда не жаловалась на здоровье. Как такое могло случиться? За что? Я не могу… Я не… — Лара не справляется со своими эмоциями, выпуская наружу водопад горьких слёз, что бурными потоками начинают стекать по её щекам вниз, покрывая ткань платья влажными пятнами.
Никогда не мог выдерживать женских слёз, поэтому и сейчас не выдерживаю: вновь сгребаю девушку в плотные объятия и, нежно поглаживая ей по волосам, терпеливо жду, пока она усмирит свой всплеск беспросветного унынья, в котором я буквально утопаю с головой.
— Прости… прости… я не должна, — невнятно бормочет сквозь слёзы она, прижимаясь к моей груди ещё сильнее, а я даже ответить ничего не могу: ментальная боль вконец парализует тело, начиная уже трансформироваться в физическую, отчего я сжимаю челюсть, чтобы не застонать от мучений во всё горло.
— Прости, Остин… Я правда не хотела, чтобы так… — шмыгая носом, скулит её виноватый голосок возле моего уха. — Я пришла поддержать тебя, а вместо этого разрыдалась на твоём плече, как ненормальная. Прости.
— Прекрати, Лар, — хрипло произношу я, обхватывая её заплаканное лицо ладонями, большими пальцами стирая дорожки слёз.
— Для меня много значит уже то, что ты пришла сегодня, так что извиняться тебе точно не за что, — зорко всматриваюсь в янтарные крапинки радужек её глаз, то и дело ловя пальцами её очередные слезинки. Между нашими лицами от силы десять сантиметров, однако я не ощущаю ни намёка от прежнего накала, что был у нас в нашу последнюю встречу, ни уж подавно того искрящегося тока, что испытывал несколько дней назад, когда держал в руках свою малышку.
