Незнакомый Эттвуд бросил на меня сочувственный взгляд и спросил:
– Вы не ранены?
Я не нашла в себе силы выдавить ни слова и только мотнула головой в ответ. Тогда огненный подошел к Ару и приказал:
– Садись. Перевяжу.
А затем он знакомым жестом почесал татуировку.
– Обойдусь, - процедил Ару. - Нужно ловить полиморфов.
– Сначала я тебя перевяжу, глупый мальчишка, - возразил Эттвуд. - Рой, не дури! Твой отец съест меня с потрохами, если узнает, что я тебя куда-то отпустил в таком состоянии.
– Не узнает.
– Мэтт разболтает. И если ты пройдешь в таком виде через половину города, ему точно донесут. Кроме того, он всегда может спросить у леди Суру.
– И она промолчит, - пробурчал кровник.
Но неохотно сел на пол, и Эттвуд стянул с него рубашку. На подгибающихся ногах я подошла к учителю, надеясь помочь хоть чем-то, но меня встретил яростный взгляд и категоричное:
– Уйди.
Но Эттвуд не обратил внимание на его слова и поманил меня к себе:
– Иди сюда, поможешь. Магия, как я понимаю, еще не восстановилась?
Я кивнула, и он сунул мне в руки небольшую сумку:
– Доставай бинты и настойку.
Я принесу воду.
Пока родственник Ханса шарился по соседней комнате, я достала то, что он просил, и подняла глаза. Кровник смотрел на меня тяжелым немигающим взглядом.
– Что? - спросила я. - Не уйду!
И скользнула взглядом по его ранам. Выглядело все страшно…
– С прошлым Отмеченным вы справились быстро, - невпопад сказала я.
– Этот был сильнее, - процедил Ару. - Он вошел в Ад и вернулся.
Тебя почуял, захотел свежей крови.
Он вскинул руку, и на миг мне показалось, что он хотел дотронуться до моих волос, но передумал.
– У тебя ожог на шее, - сообщил кровник. - И не простой. Нужно нанести специальную мазь.
Я нервно рассмеялась и ответила:
– У вас осколок торчит в груди, и вы отказывались от перевязки. А мне нужно нанести мазь на ожог?
Он насупился, и я сжалась в ожидании резкого ответа. Но Ару только молча выдернул кусок железа из груди. Кровь из раны хлынула с новой силой, и на меня накатила паника.
К счастью, вернулся Эттвуд, с водой. Ругаясь сквозь зубы, он обработал раны моего учителя и умело перевязал их."
"Я сидела рядом, ни жива, ни мертва, и подавала ему бинты и снадобья из сумки. Только под конец я спохватилась, что мне не следует так пристально смотреть на полуголого мужчину, тем более что это мой учитель. Я поспешно попыталась отвести взгляд, но обнаружила, что Ару в этот момент старательно изучает мое лицо.
