– Тогда советую поискать нового покровителя, девочка. Более надежного, чем твой учитель.
С этими словами он развернулся и ушел. Я осталась стоять в пустом коридоре, прижимая к груди тетрадь. Тишину нарушил хриплый голос Кая:
– Ты к нам шла?
Я повернулась и смерила его взглядом. Третьекурсник был необычайно бледен. Я кивнула, и он молча посторонился, пропуская меня в комнату. Их келья оказалась чуть больше моей. Те же голые стены, две жесткие койки, два маленьких письменных стола и широкий шкаф. Ханс валялся на кровати, и рядом с ним лежала клыкастая огненная тварь.
Как там он звал своего демона, Тирс? Почесывая пылающий подбородок твари, он приветствовал меня и спросил:
– Какими судьбами?
Я вручила тетрадь Каю и возмущенно выпалила:
– Почему вы мне ничего не сказали?
– Не сказали что? - не понял Кай.
– Про дерево Хай, - понизила голос я. - Точнее, о том, что здесь запрещено его выращивать. Я рисковала, и вы рискуете…
– Уже нет, - вздохнул Ханс и выразительно посмотрел на дверь.
Кай попытался меня успокоить:
– Все не так страшно… Ну отругали бы, и все.
– Отругали бы? - возмутилась я. - Жесткий допрос у менталистов это, по-твоему, отругали?
– Ты прочла кодекс, - наконец, смекнул Ханс.
Я молча кивнула и продолжила укоризненно смотреть на него. Парни переглянулись, и Ханс хлопнул по шее, призывая демона занять свое место на его теле. Урча, тот медленно заполз ему за воротник. Кай примирительно сказал:
– Ну, хорошо. Это было опасно. Какую компенсацию своих волнений ты хочешь получить?
– Никакую, - ответила я.
- Хотела попросить, чтобы вы избавились от дерева.
– Уже избавились, клянусь, - заверил Ханс и почесал огненную татуировку.
Я вспомнила его взгляд, слова Шенадана и внезапно догадалась:
– Его забрал твой отец?
Кай опустил взгляд и выдавил:
– Да. Прости.
– За что ты извиняешься? - удивилась я.
– Я не могу ничего тебе сказать, - ответил он. - И сделать тоже… ничего не смогу. Пожалуйста, будь осторожна, Ариенай. Отец не остановится.
– Знаю, - заверила его я.
- Но я не думаю, что учитель проиграет Лукиану. На приеме у ре Айштервицей он заставил его отступить.
По глазам Кая было видно, что он знает что-то важное и очень хочет поделиться. Я подумала, что если чуть-чуть надавить на него, можно узнать много интересного. Но заставлять его предавать собственный род показалось мне слишком жестоким. Я вскинула руку и сказала:
– Не говори ничего. Спасибо за конспекты и за предупреждение. Я буду осторожна.
