На пути долга

Анна не успела договорить, не успела возмутиться или остановить своего спасителя, когда резко и неожиданно руками он сжал ее тело, тесно прижимая к своему, а его губы беспардонно и нагло накрыли ее рот. На целое мгновение Анна остолбенела в его руках, замерев от неожиданности и шока. Возмущенно уперлась руками в широкую грудь, и попыталась отодвинуться. Но едва ли сдвинулась хоть на миллиметр. А настойчивые губы юноши продолжали ласкать ее собственные.

Удивительно нежно и ласково, пусть и напористо. Осторожно, но в тоже время настойчиво раздвигая их, углубляя поцелуй и пуская в ход язык.

Анна снова замерла, прекратив попытки оттолкнуть от себя наглого спасителя, но уже от удивления того, что вдруг осознала: ей не противно, не страшно, и удивительно приятно. Глаза невольно томно закрылись, и она расслабленно окунулась в этот поцелуй. Именно таким Анна мечтала ощутить свой первый, но он принес ей лишь боль и разочарование, отвращение и мерзкое ощущение неправильности. И тем удивительнее были ее чувства и эмоции сейчас, когда ее целовал незнакомый мужчина, демон, на темной улице, едва спася ее от толпы бандитов и головорезов. И забылись в этом поцелуе недавний страх и паника, и только трепет и нега заполняла затуманивающийся разум Анны. Ее кулачки на груди юноши разжались, а ладони скользнули к широким плечам, ухватившись за них от внезапного головокружения, что поглотило ее целиком и полностью. Она чувствовала лишь губы на своих губах, сильное тело, к которому была прижата, и желание никогда не прекращать этого волшебства, что окутало ее с ног до головы.

Где-то глубоко в подсознании звенела мысль, что так не бывает, что нельзя вот так отдаться первому встречному и чувствовать при этом полную гармонию и правильность происходящего. Но эти мысли были так глубоко, что не распознать. А вот на поверхности — бабочки в животе, невыразимая нежность и томление, незнакомое ее телу, так похожее на то, что она испытывала в те моменты, когда была влюблена, и любимый робко касался ее руки.

Та же нежность, та же неловкость и смущение, от которого горят щеки. И то же желание испытать это снова.

Медленно и словно нехотя демон оторвался от губ Анны. Нерешительно и медленно девушка открыла глаза, встречаясь взглядом с синими, что лукаво сияли. На губах юноши была довольная улыбка, и он все еще держал ее в своих руках, практически на весу, прижимая к своему большому телу, но не делая больно или неприятно.