Очевидно, она выискивала что-то более экзотическое, чем британская свинина.
– Я не расстраиваюсь, – сердито бросил Грегори и стал ждать, когда она вновь переключит свое внимание на него.
Она повернулась к нему и внимательно оглядела.
– Ну, должна признаться, это довольно забавно. Потому что большинство мужчин чувствуют себя уничтоженными.
Грегори нахмурился.
– Что вы подразумеваете под тем, что большинство мужчин считают себя уничтоженными?
– Именно то, что сказала, – ответила леди Люсинда, взглядом выражая нетерпение.
– Или, если они не впадают в уныние, то начинают сердиться по поводу и без повода. – Она очаровательно, как это полагается делать благородным барышням, фыркнула. – Как будто в этом есть ее вина!
– Вина? – повторил Грегори, потому что на самом-то деле он ее почти не слушал.
– Вы не первый джентльмен, который вообразил, будто влюблен в Гермиону, – сообщила леди Люсинда, всем своим видом показывая, что ситуация утомляет ее. – Это происходит постоянно.
– Я отнюдь не вообразил, будто... – Грегори заставил себя замолчать, надеясь, что она не заметит, как он сделал ударение на слове «вообразил».
– Не вообразили? – В ее вопросе звучало легкое удивление. – Ну, это забавно.
– Почему это забавно? – прищурившись, поинтересовался он.
– А почему вы задаете мне столько вопросов? – парировала леди Люсинда.
– Я не задаю, – возразил он.
Она вздохнула, а потом до крайности изумила его, сказав:
– Очень сожалею.
– Прошу прощения?
Она устремила взгляд на лежавший на тарелке сандвич с яичным салатом, потом посмотрела на него.
Грегори решил, что такая последовательность не делает ему чести. Обычно его ценили выше салата.
– Я подумала, что вам захочется поговорить о Гермионе, – призналась она. – Извините, я ошиблась.
Это поставило Грегори в затруднительное положение. Можно было бы признаться в том, что он по уши влюбился в мисс Уотсон, но тогда он оскорбил бы леди Люсинду.
Ведь он познакомился с обеими одновременно. А вот по уши влюбился не в нее.
И вдруг, как бы читая его мысли (что немного испугало его), леди Люсинда взмахнула рукой и заявила:
– Умоляю, не беспокойтесь о моих чувствах.
Я уже к этому привыкла. Я же сказала, что такое происходит постоянно. – В открытое сердце Грегори воткнули острый кинжал, а потом повернули. – Не говоря уж о том, – беспечно продолжала она, – что я и сама почти обручена.
Неожиданно леди Люсинда издана короткое «Ой!».
Грегори проследил за ее взглядом: он был устремлен туда, где раньше стояла мисс Уотсон.
