А ближайшие окрестности регулярно обозревала при помощи квадрокоптера, «нарезающего круги» над саванной на удалении километров десять от нашего перемещающегося каждый день лагеря. И, следует сказать, совершенно не напрасно, поскольку кочевников странные следы, оставленные «Уралами» очень заинтересовали. А их появление близ нашего лагеря было лишь делом времени.
Пожалуй, я был неправ, обозвав транспортное средство жителей саванны «ишаком». Вообще-то это всё-таки невысокая лошадь, но с крупной для её пропорций головой, чуть более длинными, чем у привычных нам лошадей, ушами, чёрными от колена вниз ногами и тёмной полосой вдоль хребта.
Не гибриды лошадей и ослов, не дающие потомства, а, судя по виденным в стадах жеребятам, вполне плодоносные животные.
«Летающий глаз» заметил приближение группы из восьми всадников часа за два до того, пока они появились на гребне ближайшего к нам холма. Остановились и принялись рассматривать нашу толпу, которой я приказал прекратить все работы и собраться около машин.
Двух женщин-геологов вообще загнал в кузов «Урала», а их коллегам-мужикам велел поменять геологические молотки на калашниковские «укороты». В кабины машин отправил и водителей. Так что кочевники, вооружённые двухметровыми копьями с костяными наконечниками, видели перед собой только тринадцать мужчин и Людку, наотрез отказавшуюся прятаться.
— Не забыла, что ты обещала мне не стрелять по аборигенам без разрешения? — спросил её я, и она неохотно кивнула.
Вы думаете, что костяной наконечник копья ни на что не годится? Очень глубоко ошибаетесь. Сколотая под «правильным» углом трубчатая кость способна пропороть плоть лишь немногим хуже, чем остро заточенная сталь или бронза. Особенно — в умелых руках. А если ещё копьё направляет всадник, несущийся во весь опор, то таким «примитивным» оружием человеческое тело можно пробить вообще насквозь. Так что опасаться нам было чего. Даже не считая того, что шестеро из восьмерых ещё и имели при себе луки.
На случай, если аборигены начнут в нас стрелять, тоже все были проинструктированы: немедленно падать на землю и открывать огонь на поражение. Не знаю, как в этом случае отстреляются геологи, но я и ещё пятеро охранников, которых я успел проверить на Базе, точно не промахнёмся.
У Богдана Тимченко, бывшего морпеха, родившегося на Дальнем Востоке, единственный подствольный гранатомёт, установленный на АК-105.
