На стороне бога

— У наших женщин истерика, — сказал он, обращаясь к Дронго, словно тот был старшим в их группе. — Они не хотят больше здесь оставаться, Требуют, чтобы мы отправили их вниз.

— В такую погоду? — спросил Дронго. — Вы же видите, что творится!

В гостиной снова появился Мехти. Он уже оделся в армейскую меховую куртку. На ногах: были тяжелые ботинки. В руках он держал винтовку.

— Я оставлю, здесь свое оружие, — сказал он; отставив винтовку в угол.

— Постараюсь вернуться пораньше.

— Может, мы пойдем с вами? — спросил Погорельский … Мехти с удивлением оглянулся на режиссера.

— Вы хотите пойти со мной?

— Не я лично, а наша группа.

— Женщины? — изумился Мехти. — В такую погоду? — У них сдают нервы, — пояснил режиссер. — Неужели ничего нельзя сделать? И мобильные телефоны не работают.

— Они, и в хорошую погоду здесь никогда не работали, — сказал Мехти, — поэтому не пытайтесь звонить. Лучше отдохните и подождите меня. Продукты есть на кухне. Вы можете попросить женщин, чтобы они приготовили вам ужин. Сейчас половина девятого.

— При чем тут продукты? — разозлился режиссер. — О чем вы говорите? Нам нужно вниз, в наш санаторий. Там наша группа, неужели вы ничего не понимаете?

— Не понимаю, — искренне ответил Мехти, — извините меня.

По-русски он говорил хорошо, но с сильным акцентом.

— Чего вы не понимаете?! — закричал режиссер. — Мы не можем сидеть здесь и ждать, пока кончится дождь. Нам нужно вниз, в наш санаторий.

— У меня нет машины, — немного подумав, ответил Мехти.

Наступило неловкое молчание.

— Проклятие! — прошипел Погорельский. В гостиную спустился Сергей Буянов.

Он вышел к мужчинам и молча сел на стуле в углу, недалеко от дивана.

— Что там с женщинами? — спросил Дронго.

— Ничего, — ответил Буянов. — Кажется, у Кати сдали нервы. Она плачет и требует, чтобы ее увезли отсюда.

— Наверное, боится дождя, — улыбнулся Усманов. — Кстати, мы знаем только ваши имена, а вновь прибывшие еще не представились.

— Да, конечно, — кивнул Дронго. — Это мой друг Эдгар Вейдеманис. А на диване сидят отдыхавшие вместе с нами Отари Квачадзе — он очень талантливый художник, я видел его картины — и Мамука Сахвадзе, он работает в налоговой службе Грузии.

— Значит, мы коллеги, — обрадовался Усманов. — Интересно, что мы случайно встретились именно здесь.

— Да, — кивнул Мамука, — очень приятно. Прямо маленький интернационал.