И ты права! Знаешь, эта ваза очень украсит мою гостиную. А потом, когда я буду тебя драть, ты будешь смотреть на этих обнаженных сирен и вспоминать о нашей первой встрече, – жестко закончил Радченко."
"Смех у дверей умолк. Теперь Колян был настоящим. Именно таким бойцы и знали его, – даже при случайном взгляде на шефа у каждого из них язык прилипал к нёбу от страха.
– А теперь скажи мне, где я должен встретиться с твоей «крышей». И очень прошу, не расстраивай меня больше, это может закончиться для тебя печально.
Нужно было отдать должное женщине – самообладания она не потеряла.
Она по-прежнему выглядела хозяйкой огромного престижного магазина, куда в поисках подлинного антиквариата съезжались покупатели едва ли не со всей России. Молоденькие продавщицы, впервые попавшие в подобный переплет, смотрели на нее с нескрываемым изумлением. Любая из них давно бы уже описалась и ради своего спасения охотно отдала бы все, чем может располагать красивая женщина.
Хозяйка уверенно взяла трубку телефона, набрала номер и произнесла:
– Гном, это ты?.
. Тут ко мне заявились какие-то ребята и говорят, что теперь они моя «крыша»… Так… Хорошо.
С трудно скрываемым пренебрежением она процедила:
– Это вас, господа.
Колян осторожно передал вазу Горынычу и строго наказал:
– Смотри не разбей. Это подарок.
– Можешь не беспокоиться, все будет о'кей.
Николай взял протянутую трубку:
– Послушай, как там тебя… Гном или Великан, мне все равно. Этот магазин находится под нашей крышей. Я уже переговорил с хозяюшкой, и она не возражает.
В знак нашей будущей дружбы она даже подарила мне вазу ценой почти в сто тысяч баксов! Неужели ты думаешь, что я способен предать бедную женщину?.. Так… Ах, ты не согласен? Ну это твои проблемы. Понимаешь, я очень не люблю скандалов, но вот приходится иногда ссориться, когда люди меня не понимают… Да?.. Приводи хоть целую армию, это будет очень интересно. Где?.. Ну давай встретимся где-нибудь на пустыре, чтобы никто не смог помешать нашей светской беседе… Отлично, я согласен. Опоздать?! Да что ты, я буду ждать нашего рандеву как пылкий любовник, очень не терпится всадить кое-кому!
Горыныч негромко хохотнул.
Он всегда был большим ценителем театра.
– Так что, когда приедешь на пустырь, не забудь встать раком, я сделаю тебя в лучшем виде, – спокойно, но очень внятно пообещал Колян.
Парни откровенно захохотали. Трубка, брошенная на рычаг, недовольно дзинькнула.
– До скорой встречи, мадам, – мило улыбнулся Николай, пустив в ход все свое обаяние.
