— Если я скрепя сердце могу поверить, что он нас обворовывал, то его злой умысел к Олетте не укладывается в голове. Наверное, я такой человек… В мои времена в почете была честь, совесть, — она испустила очередной глубокий вздох. — Оливер решил действовать первым. Пришел ко мне с кипой бумаг и потерянным выражением лица, пожаловался, что ты подозреваешь его в тяжком грехе расхищения хозяйского имущества. Умолял меня проверить все счета и заступиться за него.
— Козел, — процедила я, не сдержавшись. — Чувствую, недолго ему пастись в нашем огороде.
Просто турнуть его на все четыре стороны будет неправильно, он должен сознаться. Либо я еще раз пошевелю память Олетты и узнаю все, что мне нужно. Если он вместе с Савадами планировал похищение твоей внучки…
— То я ему… — она показала пальцами ножницы. — Впрочем, я уже говорила с нейтом Парами. Он обещал написать своему троюродному брату, который как раз занимается финансами и посоветует надежного человека.
— Слушай, Коко, а если мы на него натравим Болвейна? В смысле на управляющего.
Мне кажется, наш лорд Болван только и ищет, кому бы вцепиться в глотку.
— Болвейну точно не до нас. Но если мы устроим Оливеру показательную порку без веских доказательств его вины, то это возмутит других баронов. Даже те, которые к нам лояльны, могут от нас отвернуться. А если у Гиллауса есть покровители…
— А они точно есть. Эти бесстыжие графья, ваши соседи. Пилят между собой ваши деньги, земли, имущество и ничего не боятся. Как будто на дворе девяностые, — проговорила я вполголоса.
Во мне еще была жива память о беспределе, чьи жертвы частенько попадали на мой операционный стол.
— У Гиллауса есть семья?
— Жена умерла, дети живут не здесь.
— А где они?
А ведь действительно, я ничего не знала о семье ненадежного управляющего. Надо восполнить пробелы.
— Сыновья служат где-то на заставе, а дочь… — Кокордия напрягла память. — Кажется, она сейчас в столице. Отправил ее учиться и искать перспективного жениха.
— Значит, денежки содержать дочурку в столице у него имеются.
Так и запишем.
Я вздохнула и побарабанила пальцами по ручке кресла. Прежде чем рассказать о воспоминаниях Олетты, я призналась, что с помощью зеркала познакомилась с одним человеком, и что теперь ему грозит опасность. Естественно, Кокордия пребывала от этой новости в полном восторге.
— Как ты говоришь, зовут вашего герцога?
Я особо не надеялась, что мое предположение верно, но мало ли что бывает в жизни?
— Полное имя его светлости Лерран Моро.
