2
Старший на вид шаркнул ботинком и прогнусавил:
— А че он первый начал?
— Благородная нейра, я их не трогал! — паренек наконец поднялся и вытер подбородок рукавом. Шмыгнул носом и опустил взгляд в землю.
За спиной ахнула Марика, ее тоже разжалобил вид мальчонки.
— Сейчас я быстро научу вас уважать господ! — извозчик снова схватился за кнут, но Парами взмахнул рукой:
— Гента, помолчи, пожалуйста. Нейра Олетта сама разберется, — и ободряюще мне улыбнулся.
Мне не раз случалось сталкиваться с дворовой шпаной и в девяностых, и в нулевых, когда у меня пытались «отжать» кнопочный сотовый телефон и кошелек.
Бог, наверное, берег и хорошо подвешенный язык помогал решать проблемы. Не пострадала, даже при своем добре осталась.
Но надо учитывать время и нравы, эти малолетние бандиты только язык силы поймут. Я откашлялась и смерила всех строгим взглядом.
— Скажите, кому принадлежит ваша деревня?
— Роду Готар, — ответили они вразнобой.
Я кивнула.
— А люди, которые тут живут? На кого они работают? Кто их защищает? Кто их может наказывать?
— Тоже род Готар, нейра.
"
"— Правильно! Поэтому те, кто будет обижать, бить, шпынять наших людей, будут иметь дело со мной, Олеттой Готар. Мне важен каждый житель, каждый ребенок и взрослый, а этот мальчишка, — я показала пальцем на калеку, который собирал по дороге свои костыли, — принадлежит мне больше, чем собственным родителям. Если узнаю, что кто-то его трогал, выпишу кнута. Без пряников. Ясно?
Сюсюканье тут не поможет. Кто сильнее, тот и прав.
Я честно пыталась влиться в этот мир и понять мышление жителей феодального общества, но в шкуре графской дочки чувствовала себя неловко.
Я простой трудящийся человек, никогда не ставила себя выше других. Но невозможно изменить мир под свои хотелки в одночасье.
Пацаны попросили прощения нестройным хором, а после я велела им идти заниматься делами, а не шататься по деревне, задирая других детей.
Пока я проводила беседу, мои родственницы уделили внимание обиженному мальчишке. Марика дала ему свой платок, чтобы он вытер с лица пыль и грязь, а Дафина принесла напиться.
— Спасибо за защиту, нейра, — он неловко поклонился. — Мне жаль, что вы потратили на меня время. Право, не стоило. Я привык.
— Как тебя зовут? — поинтересовалась я.
— Никос или просто Ник.
Я заметила полный суеверного страха взгляд сестренки, направленный на ноги мальчика.
Какую изощренную и злую фантазию имел тот, кто придумал ему прозвище граф Коромысло. Потому что ноги Ника были искривлены в форме буквы О.
