На высоте

Чтобы он дышал и дальше, мы подняли его на руки, и кое-как затащили в дом. Особенно неудобно было перекидывать его через забор, пришлось просто швырнуть его словно тяжелый мешок.

Восстановление заняло пару минут, и семь единичек энергии, это говорит о том, что наш новый тощий друг пытался применять какие-то заклинания. На примере ёжика я понял, что маги бывают разными. Он скушал электрический кристалл, но разрядами молний не кидается. Зато эти самые молнии значительно усиливают и ускоряют его, плюс иголки приобретают новые убойные свойства.

Примерно как моя сковорода, всё, как и рассказывала помощница.

— Вернулся, не нае**улся… — появилась она в своей манере.

— Паш, может ты с ней поговоришь? — повернулся я к парню, и тот сразу растянулся в улыбке.

— Я хотела сказать, не навернулся. Не надо, я всё скажу… — запротестовала она. — И я даже догадываюсь, о чем ты хочешь попросить.

— Ты говорила, что я могу спросить у выжившего обо всём, что меня интересует. — я дождался ее кивка, и продолжил, — Но я ни черта не пойму, о чем он говорит.

Как с этим быть? У тебя точно есть готовое решение, и даже не пытайся отвертеться.

— Да я и не собиралась. Могу перевести, за определенную плату. — пожала плечами она, — три единички за минуту разговора, всего то. Энергия будет списываться постепенно, так что не беспокойся.

За всё тут надо платить. Любой чих — и твой бюджет начинает худеть на глазах. Но ценник вполне сносный, тем более, если учитывать, что иной возможности допросить пленника попросту нет.

По крайней мере быстрого способа, а так, можно отвести его на землю и отдать на растерзание армии лингвистов. Думаю, полгода, и его язык будет полностью изучен.

Но мне хотелось бы понять прямо сейчас, стоит ли преследовать их осколок, или пусть летят. Если там можно добыть что-то ценное, то определенно стоит. Заберу у них то, что они хотели отобрать у нас.

Девушка известила нас, что время пошло, и с этой секунды переводчик активирован. А значит раз в двадцать секунд Резерв худеет ровно на единичку.

— Вставай, говно! — я пнул начавшего приходить в себя пленника. Первым делом он попытался подскочить, но стянутые хомутами руки и ноги этого не позволили. — Говори быстро, чётко, и ясно. И будешь жить. — как только я замолк, девушка начала что-то невнятно шипеть, обращаясь к пленнику.

— Шашшммшасс! — зашипел теперь уже он, со злобой глядя мне прямо в глаза.

— Говорит, что не боится смерти. Вполне вероятно, что он тебе ничего и не скажет.