— Я бы тоже выпил что-то покрепче, — поддержал меня главред и, повернувшись к официанту, щелкнул пальцами. — А принесите-ка нам, любезный, самый лучший коньяк.
— У нас есть армянский, — болванчиком кивал официант. — Три звезды и пять звезд. Вам какой?
— Я же говорю, самый лучший. Пять звезд несите.
— К сожалению, остался только трехзвездочный.
— Безобразие! А зачем вы тогда мне предлагаете пяти?
— Так положено… Ну так что? Три звезды брать будете или водки лучше? Но водка теплая, холодную всю нефтяники выкушали.
— Какая водка, вы за кого нас принимаете? Несите уже три звезды, — вздохнул редактор, сделав жест пальцами, будто смахивал муху. — И поскорее, пожалуйста. И шампанского бутылку в лед положите.
— Тогда быстро не получится, — честными глазами уставился на Артищева официант.
— Это почему? — снова насторожился главред.
— Лед еще надо будет с морозилки наскрести, отколоть… это тоже время…
— Наскрести? Боже, что за сервис? Несите уже безо льда…
Пока главред препирался с работником общепита, Алена подсела ко мне поближе и щипнула за ребро.
Чувствительно так щипнула.
— О чем ты с этой фифой шептался? — стрельнула она гневным взглядом в сторону Зины, которая уже болтала с Тулушем, отвечала на какие-то его простые и одновременно каверзные вопросы.
Я чуть не ойкнул от неожиданного щипка, прихватил ее руку, цепко сжал во избежание новых подобных сюрпризов и заговорщически прошептал:
— Мне нужно кое-что проверить. Поможешь?
— Что?
— Скажи вот эту фразу, которую дома учили, — и я нашептал ей на ухо снова знакомый текст.
— Что это за ерунда? — удивилась Алена. — Я думала, ты шутил дома…
— Так надо, просто повтори… Запомнила?
— Ну да…
— Умничка.
Теперь, чтобы осуществить проверку, которую я затеял, мне нужно было завести речь о литературе. В литературе я разбирался так же хорошо, как старший помощник младшего конюха из Гадюкино. Но Валентин Загоруйко меня проинструктировал и поднатаскал, он был начитанным, и, казалось, не было сфер жизни, в которых бы криминалист не разбирался.
Так как журналистика — сродни литературной деятельности, то сподвигнуть разговор в нужное русло оказалось несложно. Достаточно было вслух возмутиться, что нынешняя школьная программа по литературе не включает в себя изучение иностранных произведений, разве что в хрестоматии представлен отрывок из приключений Дон Кихота, ну и «Старик и море» ребятишки штудируют в старших классах. А ведь есть несомненные жемчужины зарубежной прозы.
