Кто ты, Виталина Сергеевна? Неужели всех вокруг пальца обвела. И где мне брать твои отпечатки пальцев для сравнения?
И тут я вспомнил, что Загоруйко-старшая приносила трапезу сыну Валентину на работу в туесках и баночках. Говорила, чтобы ел домашнее, а не в сухомятку. Точно! Нужно выкрасть эти туески у эксперта, а потом… Нет, фигня какая-то получается. А потом тайно выявить на них следы? Это мне нужно еще и порошок дактилоскопический стырить и кисточку специальную. Обработать поверхность порошком и выявить папиллярные узорчики я могу, много раз видел, как это делается и даже сам пробовал.
А вот «прочитать» эти следы и сравнить с таковыми на банке из-под кофе — навык особый нужен. Тут я без Валентина не справлюсь. Что ж… Пойду тогда и прямо ему все расскажу. Другого выхода не вижу. Времени искать другого эксперта и ехать в область — нет.
А что если он с мамашей заодно, и я ошибаюсь на счет его честности? Тогда он заартачится. Это я сразу увижу, почувствую. Тогда я его…
Нет, я замотал головой, даже думать об этом не хочу.
Валя надежный коллега и честный милиционер. Но вот его мать… Эх, Виталина Сергеевна, почему же ты мне соврала? И что ты забыла в этой Ялте? На бархатный сезон подалась? Можно согласиться с таким предположением, но в совпадения не особо верится. Оно и понятно — лишь только я узнаю, что Вобла и Жорич снюхались в Ялте, оказывается, директорша уже туда умотала. Причем спустя, буквально, несколько дней после смерти своего любовничка, с которым они там и познакомились по молодости.
А что, Виталина Сергеевна, если ты и в правду Святоша, а Жорич лишь был твоим подручным, а заодно и любовником?
Черт! От таких предположений — голова кругом! Нужно срочно решить головоломку. Я вышел к проходной завода. Там «на часах» стоял Тулуш, караулил. Я велел ему смотреть в оба, чтобы директриса не смылась, как в прошлый раз, когда мы к ней наведались.
Но сегодня ее вообще не оказалось на комбинате. Эх… Хоть в Ялту за ней езжай.
Проверю пальчики и поеду. Нельзя отпускать ее надолго из виду. Если узнает, что мы ее ищем, растворится навсегда на просторах бескрайнего и могучего СССР. Уверен, что у Святоши и паспорта левые имеются. Ведь не зря же Сафрон наведался в паспортный стол и забрал документ на имя Блохина Николая Николаевича пятидесятого года рождения. Сам бы он не успел так все быстро провернуть: наладить контакт с коррупционной паспортисткой, сделать ей заказ паспорта.
